9
0
Та брезгливо потрясла руками подняв кисти чуть вверх, пытаясь откинуть рукава блузки к локтям.
— Давай помогу, — я ухватил рукава и оттянул их повыше, заголив руки больше, чем надо.
Бегло осмотрел руки. Так я и думал…
Луцкая мусолила землистого цвета кусок мыла. Дактокраску без губки хрен ототрешь, а на раковине таковой не оказалось. Путана с остервенением шоркала ладони хозяйственным мылом. После пятого раза пальцы ее уже не были как у папуаса, но все равно напоминали персты бывалого слесаря-моториста.
— Хватит, — я крутанул барашки крана, перекрывая воду.
— Это что? Теперь не отмоется? — вытаращилась на свои руки Алевтина.
— Через месяц само сойдет, — подковырнул я. — Пошли.
Мы зашли в кабинет. Катков уже корпел над следами рук, что изъяли при осмотре гостиничного номера, сличая их со свежеиспеченной дактокартой. Работал, не отходя от кассы.
— Продолжим, — Горохов впился взглядом в Луцкую, — В ваших интересах, Алевтина Петровна, с нами сотрудничать… Мы терпеливые. Не захотите рассказывать сегодня, повторим вопросы завтра и послезавтра. О чем вы разговаривали с Дицони? Где вы его встретили, почему он вам помог пройти внутрь?
— Встретились на крыльце гостиницы, — уклончиво ответила проститутка. — Я попросила его помочь.
— Насколько я знаю, такие как вы вхожи в «Россию» без всяких провожатых. Ведь так? Это легко проверить. Вы просто тянете время, мы все равно узнаем правду.
Я подошел к Каткову, тот пыхтел, склонившись над столом, что приткнулся в углу, и рассматривал в криминалистическую лупу завитушки папиллярных узоров.
— Ну что? — тихо спросил я его, чтобы никто из присутствующих не услышал. — Есть ее пальчики?
Тот со вздохом оторвался от лупы и покачал головой:
— Не её это следы.
— А чьи?
— Там чьи угодно могут быть. Даже недельной давности могли сохраниться, на предметах, которые горничная не протирает.
— Никита Егорович, — с торжествующим видом я распрямился. — Есть совпадение!
Катков с удивлением на меня уставился, раскрыл рот и уже хотел ляпнуть лишнего, но осекся и промолчал, когда я кинул на него хмурый взгляд.
— Пальцы в номере Дицони оставлены гражданкой Луцкой.
— Замечательно, — Горохов отбил короткую барабанную дробь по столешнице и снова впился взглядом в допрашиваемую. — Что вы на это скажете?
— Я не знаю, — растерянно пробормотала та, — это ошибка…
— Криминалистика — наука точная, — торжествовал Горохов. — Ошибки быть не может…
Луцкая съежилась и облизнула пересохшие губы:
— Я не была в номере Артура.
— Вот как? — сощурился следователь. — Однако, называете его по имени, как старого знакомого… Правду говори!
Бум! — Горохов стукнул кулаком по столу.
Луцкая и Катков вздрогнули.
— А зачем нам ее показания, Никита Егорович? — вмешался я.
