11
0
— Он был в черное одет? — уточнил я, пробуя выудить хоть какие-то детали, сейчас каждая мелочь важна.
— Не знаю, Андрей Григорьевич. Может, в черное, а может, в серое. В ночи все едино…
— Ладно… Ты меня здесь жди, — я повернулся и кивнул Погодину. — Присмотри за ним и скорую не отпускай пока. Пусть его еще с полчасика понаблюдают. А то в больницу заберут ещё.
— Не надо меня в больницу, — испуганно заморгал Берг. — Там меня легко достать будет.
Однако студент неплохо соображал. Наверное, много читал детективов.
— Не волнуйся, Гена. Никто тебя без присмотра не оставит. И в больницу ты не поедешь. Со мной будешь. А сейчас мне надо немного поработать.
Я вылез из скорой и вместе с Вахрамеевым направился к раскидистой сосне, под которой толпился народ и лежала курковка-одностволка.
— Что у вас тут? — спросил я, обращаясь к криминалисту, который уже отработал, пыхал сигаретой и ждал отмашки от следака, чтобы упаковать ружье.
Бывалый эксперт с седыми стрижеными усами и глубоким взглядом знал меня уже в лицо. Как-никак в Зеленоярске я провел немало времени. Он глянул на прокурорского следака, который уткнулся в протокол осмотра на планшетке, и с его молчаливого согласия доложил обстановку:
— Стреляли отсюда, где брошено оружие. Я проверил визированием, нитку натянул в комнате от пробоины в стекле до места в стене, где застряла пуля. Продолжение оси как раз указало на это место. Ружье, как видите, модели «ИЖ-17» шестнадцатого калибра. В стволе нагар, свежий запах жженого пороха из дула. Стреляли однозначно совсем недавно. Номера все спилены. Пробить по регистрации ружьишко не получится.
— А восстановить цифры? — спросил я, вспомнив, как в прошлой жизни эксперты шлифовали до зеркального блеска места с удаленной маркировкой и обрабатывали кислотой.
Агрессивный реактив разъедал в первую очередь места, где ранее были выбиты штрихи знаков (структура металла там был немного нарушена, ведь он уже перенес штамповку), в результате чего вырисовывался номерной знак агрегата (оружия или, например, автомобиля, смотря что исследовали). — Травление применить или какие там у вас методы?
— Это, конечно, попробуем, но слой металла удален глубокий, хорошо почистили. Вряд ли получится, — покачал головой криминалист.
— А эти следы обуви, — я кивнул на вдавленные отпечатки подошв, напоминавшие следы грубых кирзачей с гладкой подметкой, что сгрудились под сосной как раз возле брошенного ружья.
— Их в протоколе зафиксировали, я отснял на камеру. Гипсовый слепок смысла нет делать. Индивидуальные признаки не отобразились совсем. Только размеры, которые мы и так записали и на зарисовке обозначили. Размер обуви, навскидку, соответствует сорок третьему.
— Ясно, — я повернулся к Вахрамееву.
