Наследница сиротского приюта

Окинула взглядом появившуюся внезапно мадам, вернулась к смутным воспоминаниям о муже Энн, и поняла, что к нам явилась его мать и моя свекровь. Да, Энн с ней явно не повезло.

И ведь успела в самый ответственный момент!

Констебль насторожился, представитель фабрики сразу уточнил, имеет ли дама отношение к Майку Моргану, и получив однозначный ответ, пригласил её присоединиться к обсуждению, раз уж она оказалась настолько близким родственником.

Дама пыхтела возмущённо, но села. А услышав, что компенсацию получит вдова и сын, как наследники первой очереди, заорала:

— Так это она, гадина, его и убила! Какую ей компенсацию?! Подстроила всё, ведьма мерзкая! Уж я знаю эту мерзавку, погубила сын, точно вам говорю!

— А доказательства у вас есть? Вы заинтересованная сторона, мадам Морган.

Кстати, позвольте ваши документы.

Мы с Маркусом молча смотрели на представление, что устроила эта женщина.

Мало того, я дар речи потеряла, когда она уверенно продолжила:

— Ведьма она, ведьма! На сына порчу навела, чую прямо, что повлияла она на смерть моего сыночка!

Лёгкая заинтересованность представителя фабрики, но и некий скепсис, разрешился, когда эта дама бахнула на стол круглую железяку, уверенно продолжая:"

"— Вот и доказательства! Мы потомственные борцы с этими ведьмами.

Вы ведь знаете, что это за знак? Сам епископ выдал их в своё время слугам Господа нашего, чтобы мы могли ловить и приводить к правосудию Господню этих исчадий ада! И я обвиняю эту женщину в пособничестве с самим дьяволом!

Недоумение сменилось страхом, когда мужчины почтительно посмотрели на металлический знак, лежащий на столе.

Мистер Готри показал на нас констеблю, а тот, нахмурившись, сделал первый шаг в нашу сторону.

Я заметила удовлетворение на лице мерзкой дамочки, испуг сына, вцепившегося мне в руку, и начала лихорадочно вспоминать, когда в Англии сожгли последнюю женщину, обвинённую в колдовстве. Не зря же я пару лет стажировалась и работала в Англии. Память подводила, это мог быть и восемнадцатый век, и начало девятнадцатого. И это пугало.

Фантазия разыгралась не на шутку, а внутри солнечного сплетения начал собираться сгусток.

Заставила себя успокоиться и наклонилась к сыну, предупреждая его шёпотом:

— Только не показывай им, что ты можешь, Маркус. Терпи, слышишь? Они же сожгут нас… Если мы покажем им, что умеем. Маркус, ты понял меня?

Сын кивнул, явно недовольный, а я поняла, что он почти сделал что-то непоправимое.

А ещё мы оказались в большой беде.

Глава 11

Меня с сыном собирались проводить в муниципалитет на разговор и дальнейшее расследование.