Трофей

Вроде бы ничего особенного – спокойное, нечитабельное. Официальное. Даже улыбка имеется. А вот глаза… Они жили своей жизнью, смотря на Милу слишком пристально, выжидающе.

- Мне любопытно, Глеб. Я смотрю слишком явственно, да? Привлекаю внимание?

- Будь чуть сдержаннее.

- Хорошо.

Ей не хотелось, чтобы Глеб испытывал за неё стыд. Нет, она понимала, что он человек, сам диктующий условия. И всё же раз она решила примерить на себя роль его спутницы, его подруги, то должна соответствовать.

Глеб о ней заботится. Учитывает её желания. Надо быть глупой, чтобы не заметить всего того, что он для неё делает.

Ей приятно. И быть его достойной - это меньшее, что она может сделать.

Глеба сразу окружили, не успели они войти в отель. Девушка с трудом подавляла в себе желание повертеть головой, рассматривая шикарный интерьер. Большие окна, красивые люстры, презентабельная мебель – всё привлекало внимание. Мила словно попала в сказку. Разве может такая роскошь существовать в реальности? В мире, где она живет? И куда простым смертным явно вход заказан. Мила даже боялась подумать, сколько будет стоить ночь в данном отеле.

- Глеб Александрович, добрый вечер…

Один знакомый сменялся другим.

Глеб неизменно каждому представлял Милу, и очень скоро мышцы лица девушки начало сводить. Улыбка, казалось, накрепко прилипла к лицу, и девушка начала переживать, что выглядит неестественно. Она не запомнила имена знакомых Глеба. Впрочем, как и их спутниц. Если бы Глеб хотел на ком-то сделать акцент, он бы дал знать.

- Устала? – через некоторое время спросил Глеб, когда они в кои веки остались вдвоем.

Мила сдержанно ответила:

- Не устала, но посидеть не отказалась бы. Как и дойти до дамской комнаты.

- Мила, так дело не пойдет, - его брови сошлись на переносице. – О чем я тебе говорил часом ранее? Ты помнишь?

- Да.

- И?..

- Если мне что-то надо – я говорю и делаю.

- Умница.

Они стояли спиной к стене, их никто не мог видеть – пальцы Глеба прошлись по пояснице Милы, найдя отклик. Девушка в задумчивости прикусила нижнюю губу: чем дольше она находилась рядом с Глебом, тем явственнее её тело отзывалось на его ласки. Стоило ему прикоснуться, даже невзначай, слегка, почти игриво, как сейчас, и внутри неё разливалось тягучее медовое тепло, которое начинало её все сильнее смущать.

Пугать.

Если по первости Мила радовалась, что ей не приходится переламывать себя, занимаясь с Глебом сексом, и она получала удовольствие, то теперь не знала, что думать.

- Тогда я оставлю тебя в одиночестве. Хотя, судя по тому, сколько желающих с тобой побеседовать и пообщаться, один ты пробудешь недолго.

- Я буду в этом зале. Не теряйся.

- Конечно.

Мила сбегала от него.

Нехорошие мысли бились в голове, сползая к груди. Хмурясь, Мила повертела головой.