1
0Но уверен, вы с ней поладите. Да, ей уже двадцать лет — и это большой минус, согласен. К моменту, когда вы закончите академию, ей будет двадцать четыре. Но есть и один огромный плюс. Вы оба — сильные энергетики. Сила эта передастся вашим потомкам.
— И в чём подвох? — спросил я прямо. — В двадцать лет мало кто остаётся без помолвки.
— Да, это так. Ладно, буду с вами откровенен. Двоим претендентам моя дочь отказала. Не понравились, — развёл руками Максимилиан Сергеевич. — Дважды поставила меня в неловкое положение перед другими семьями. Но в этот раз будет иначе. Я с ней поговорил, она всё поняла.
— Спасибо за предложение, Максимилиан Сергеевич, — сказал я, — но есть проблема. До двадцати лет я решил не думать о помолвке. Слишком много дел, много неразрешённых вопросов, я и пока не свыкся со своим новым положением, так что простите, в скором времени ответ точно не дам. Самый ранний срок — осенью. А насчёт завода, отвечу, надеюсь, на этой неделе."
"— Понимаю, — кивнул Максимилиан Сергеевич. — Понимаю, и буду ждать. Ну а пока вам с Ксенией, возможно, стоит познакомиться поближе? Поговорите, узнаете немного друг друга?
— Почему бы и нет? Поговорить — всегда можно.
Хитрый жук оказался этот Максимилиан. Решил мне сбагрить свою дочь, которая всем отказывает. Ну что ж, посмотрим, получится ли у нас что-нибудь. Так или иначе, есть запасной вариант в виде Вероники Борецкой. Ну или с псковичами можно договориться.
Но я склонялся к родству с Белозёрскими. В голове моей зрели планы, касающиеся нашего дальнейшего сотрудничества. С Борецкими же родниться не очень хотел. Женитьба на наследнице великого княжеского рода — честь и почёт, но как я понял, Борецкие запустили свои пальцы в бизнес всех новгородских семей, а я, наоборот, подумывал о том, как мне и роду, частью которого я теперь являлся, обрести больше независимости.
Вероника, несмотря на её необузданность, нравилась мне больше, чем Ксения. Ксения тоже была девушкой видной и привлекательной, вот только мне она показалась слишком холодной и напыщенной. Двадцать лет, а уже вся из себя деловая и гордая. Аж убийц наняла, чтобы зарвавшегося слугу проучить. Наверное, для аристократки — хорошие качества, но характерами мы вряд ли сойдёмся.
С Вероникой тоже было не всё понятно. Оклеветала ли она меня, или дед её так подставил? Надо бы выяснить.
В любом случае, в браке меньше всего имели значения личные симпатии — на первом месте всегда стоят выгода и отношения между семьями. Мне, как новоявленному аристократу, тоже предстояло учиться мыслить такими же категориями, но от своих прежних взглядов на жизнь отречься было сложно.
Ксения сидела в бело-зелёной гостиной.
— Как дела? — я плюхнулся на диван напротив. — Хорошая у тебя семья, дружная.
