Найдена

Наемник ничего не понимал! Надо объяснить…

– Я говорю, что ты должен жить! Рабом или свободным, но ты будешь жить за себя и за нее! – Он не умел убеждать… Не научился…

Итиль вышел и бесшумно прикрыл дверь. Журка печально поглядел ему вслед. Должно быть, воина рассмешил его жалкий бред.

Воришка не ведал, что, выйдя из сарая, старый сотник направился к Коснятину, а ступив в посадский дом, обнажил седую голову и опустился на колени перед бывшим воспитанником. «Отпусти наемника, – сказал он. – Прошу тебя. Хватит крови. Она заплатила за них обоих».

Ничего этого Журка не знал. Он сидел рядом с Горясером и плакал от бессилия. Он не мог освободить того, кого так любила Найдена, но и не мог его оставить.

– Хорошо, – вдруг сказал наемник. Кандалы звякнули. Журка вскинул голову. Горясер встал и теперь покачивался над ним тяжелой темной тенью. – Я попробую выжить. Скажи посаднику, что я знаю имена бояр, предавших князя Бориса. Узнает и он, если вернет мне свободу.

– И что же это за имена?

Журка повернулся. Рассвет вползал в приоткрытую дверь. В проеме стоял посадник, за его плечом виднелось лицо Итиля.

Горясер протянул к посаднику скованные руки:

– Сними кандалы, дай одежду и меч. Потом – скажу.

– Ты слишком много хочешь.

Коснятин сердился. Итиль за его спиной делал Журке непонятные знаки. То ли «уйми его», то ли «помоги ему»… Но Журка ничего не делал, просто стоял и глядел. Он не понимал, зачем они пришли, пока не увидел в руке Коснятина ключ. Горясер мотнул головой на этот ключ:

– Не притворяйся, посадник. Это ключ от моих цепей. Ты и так собирался отпустить меня. А я прошу всего лишь небольшой выкуп за имена, которые так жаждет услышать твой князь. Не бойся, я не солгу. Я сам был тогда в Вышегороде со Святополком. Это тебе подтвердит любой уцелевший из его слуг. Я знал все дела Окаянного. Видел и тех бояр. Тьфу! – Горясер сплюнул под ноги и брезгливо поморщился. – Они так грязно выполнили работу, что мне пришлось доделать ее в Киеве.

Журку передернуло. Этот наемник убил Бориса? Значит, слухи, которые ходили по Киеву, правда?

– Это, было милосерднее, чем позволить ему страдать дальше, – сказал наемник.

Коснятин подошел к Горясеру. Кандалы звякнули и упали на пол. Наемник потер запястья.

– Имена! – потребовал посадник.

– Меч и одежду.

Итиль шагнул вперед, скинул безрукавку и пояс с мечом:

– Бери. Я стал слишком стар для сражений.

Дары полетели к ногам наемника. Коснятин зло дернул головой, но смолчал. Подбирая оружие, Горясер начал:

– Путша Высокий, Талич, Елович, Ляшко…

Он сказал все имена. И Коснятин поверил. И Журка. И Итиль….

А потом он вышел во двор, никем не остановленный, прошагал к воротам и вышел прочь.

Неведомая сила толкнула Журку следом.