Найдена

– Но ты говорила, будто пришла от Ярослава.

– Я и пришла от Ярослава. Сначала. А потом меня нанял Святополк. После той ночи, после пира…

Предслава залилась румянцем:

– Ладно, не вспоминай… Ты ему сказала?

– Очень надо… – Я фыркнула. – Ничего я не сказала… Ни о тебе, ни о наемнике. Не мое это дело…

– О наемнике?

Зачем она притворялась? Хотя ее дело. Нравится ей скрытничать – ради Бога. Лишь бы отпустила.

– Ах, тот разговор с Горясером! – вспомнила она. – Он уговаривал меня пойти на пир…

– Ага. – Я кивнула.

– И ты помыслила плохое?!

А что еще я могла подумать? Предслава скомкала край одеяла и прижала его к груди:

– Не мне оправдываться, но скажу. Я – княжья дочь, а Горясер – простой наемник.

– Сердцу не прикажешь, – возразила я.

– Верно, – она кивнула. – Только Горясеру в моем сердце делать нечего. Он служит моему врагу. А мне помог лишь потому, что не хотел видеть моего бесчестья. Когда-то я избавила его от позорного плена, теперь он отдал долг. Знаешь, каково быть опозоренной? – Голос у Предславы задрожал. – Нет, не перед людьми, а перед собой? Знать, что втоптала в грязь имя отца и всех славных предков?! Кабы не Божий запрет, наложила бы на себя руки, а так… – Она всхлипнула.

Неужели плачет? Я подошла к кровати, склонилась и осторожно отвела руки Предславы от лица. Ее глаза блестели, мокрые ресницы слиплись, а щеки украшали влажные разводы. Плачет!

Она поймала мой изумленный взгляд и ткнулась носом в подушку. Худые плечи княжны затряслись. Мне не приходилось утешать княжон. В походной жизни со мной случалось всякое, приходилось утешать и изнасилованных, и обобранных, но к этой, наверное, нужен был особый подход.

– Ну, будет тебе, – забормотала я. – Чего слезы лить? У тебя все есть. Все тебя любят.

– Никто меня не любит, – всхлипнула она.

– А Ярослав?

Она подняла зареванное лицо:

– Ярослав?

– Он. Хочешь к нему?

– Да…

«Господи, а она ведь не старше меня! – заметила я. – И взгляд беззащитный, как у ребенка. Что же с ней сотворили?! Как сделали той гордячкой княжной, которую знает вся Русь? А теперь отобрали и последнее – гордость… То-то она все молится и молится…»

Молится? Анастас!!! Неожиданная догадка сорвала меня с постели.

– Послушай. – Мне было трудно говорить. – Тут Анастас… Бывший настоятель… Он нынче служит Болеславу. Я знаю за ним много грехов. Прошлой зимой он привел убийц в дом боярина Улеба. Я видела это своими глазами. И еще есть свидетели. Если польский король узнает об этом, что он сделает с пособником убийц?

– Не знаю… – Предслава задумчиво качнула головой. Она не понимала, куда я клоню. – Наверное, учинит суд…

Я так и думала. А бывшему настоятелю суд ни к чему. И Окаянный не позволит ему дойти до судной скамьи. Анастас слишком многое знает.