Мы все не ангелы

Сейчас Федор больше всего боялся за Дану, но он велел бы ей позвонить Белецкому в любом случае. Дана знала – про Колю он тоже не забывал и понимал, что одним им не справиться. Дана хорошо знала своего мужа.

* * *Телефон молчал. Иногда Николай брал его в руки, потом снова клал на стол рядом с компьютером. Можно было его не включать – работать он не мог, просто тупо смотрел в экран.

Телефон молчал, а когда зазвонил, звонок оказался не тем, которого он ждал.

– Привет, Варь, – сказал Николай.

– Коля… Где ты нашел ту машину?

– Ты вспомнила номер? – быстро спросил он.

– Нет. Но я… за тебя боюсь.

Варя была последней, кто мог за него бояться. Они виделись всего с десяток раз и перекинулись за все это время не больше чем сотней слов."

"– Как Вероника Анатольевна? – поинтересовался он, чтобы сменить тему. – Звонила Виталию?

– Я сейчас к ней еду, Виталий Владимирович сказал, она хочет меня видеть. Знаешь, я не думала, что ей захочется меня видеть. Мне казалось, я ее только раздражаю.

– Хочешь, я тебя отвезу? – быстро предложил Николай.

Продолжать сидеть в тишине и ждать звонка показалось невыносимым.

– Ну… если ты не занят…

– Я не занят, – заверил он.

На улице было жарко. Пока не включил кондиционер, показалось, в стоявшей на солнце машине нечем дышать.

Пробок почти не было, и уже минут через двадцать он увидел стоявшую у края тротуара Варю. Они договорились встретиться на десять минут позже – Нина ни за что не пришла бы к месту встречи так рано.

– Коля, ты точно не занят? – садясь рядом, посмотрела на него Варя.

– Точно.

Она откинулась на сиденье. Вид у нее был уставший.

– Тебе точно нужно работать, Варь?

– Нужно, – кивнула она.

В больнице она пробыла с полчаса. К шлагбауму подъезжали «Скорые», проходили навещающие больных с объемными сумками.

У Вари в руках тоже была большая сумка, и Николай жалел, что не догадался проводить ее до корпуса.

– Ну как Вероника? – спросил он, когда Варя, вернувшись, снова села в машину.

– Ты знаешь, выглядит она неплохо. – Варя поискала глазами деревяшку, не нашла и постучала костяшками пальцев по двери.

Николай подал машину назад, влился в поток. Проклятый телефон продолжал молчать.

– Не возражаешь, если мы сделаем небольшой крюк?

У концертного зала делать было нечего, но они находились недалеко от него, и Николаю захотелось проехать мимо.

– Не возражаю, – улыбнулась Варя и, помолчав, добавила: – Будет ужасно несправедливо, если Вероника Анатольевна умрет. Она очень нужна Виталию Владимировичу.

Николай молча с ней не согласился. Несправедливо и ужасно, когда человек умирает никому не нужным.