Мушкетер поневоле

— Тебе понравилось?

— У меня стучат зубы, что это было?

— То, зачем ты пришла. Всё, разбегаемся, свечки почти догорели. Сейчас или утром обязательно помойся, вся.

— Сил нет идти, у меня ноги подкашиваются.

— Арманьяк будешь?

— Буду. — я открыл, наконец, «Людовика», рюмок здесь не было, сделали по глоточку и у Марго появились силы.

— Я же тебе говорила, что у тебя сплошные достоинства, а ты не верил! У нас все будет хорошо, даже лучше, я их утром в бараний рог скручу! Вот увидишь! Я же бывшая жена прокурора, а его здесь все боялись!"

"Блин! Проклятое Средневековье! То одна проблема, то другая! Перестелил простынь, сунув эту на дно корзинки для грязного белья. Проснулся рано, сам пошел пить кофе в столовую, чтобы обговорить с Рози сроки изготовления для меня какой-либо одежды. Вместе с ней подобрали кое-что из довольно большого гардероба бывшего хозяина, он был мелкий, но толстый, и мода была немного другая, так что пара рубашек и брюки-капри, по-моему, они так назывались, с чулками мне подошли. Жилет был цел, кожа выдержала, поэтому я взялся, в первую очередь, за печь для бани. Даниэль, если на него постоянно не кричать, то понятливый и хороший помощник. Цемента здесь еще нет. Поэтому, известь, песок и чаичьи яйца с добавкой глины заменяют его вполне нормально, только тухлых яиц много. До обеда Марго, Эмилия и Жан не вернулись. Плохой признак! Я уже начал продумывать куда и как прорываться, когда они подъехали к дому, но с ними прибыли еще две кареты. В одной сидел полицай с двумя, не знаю пока как они называются, нижними чинами. Ажанами, что ли. Из второй никто не вышел.

— Королевский дознаватель Анри Пуасон. Вы называете себя доктором Андре?

— Не совсем так, одну минуту. — Я вошел в дом за документами и переглянулся с Марго, она улыбнулась и прикрыла глаза, давая понять, что все нормально. Я вернулся к дознавателю, и передал ему подорожную и письмо из Испании.

— Прекрасно, мсье Андре, что вас привело в эти места — понятно. А почему здесь остановились?

— На меня было совершено покушение. — я назвал место, где это произошло, и то, что отпели и похоронили Хосе здесь на местном кладбище.

— Я собирался ехать дальше, в сторону границы, в направлении города Бера, чтобы попасть через Сарагосу в Барселону, но был остановлен мадам д’Этьен, которая выразила сомнение в том, что меня пропустят через границу. Человек, который стрелял по мне, был испанцем. Я, хоть и ношу испанское имя, лишь наполовину испанец, я сам из Московии, и мать у меня — русская.

— Да, я тоже хотел сказать, что вы не похожи на испанца.

— Я еще и испанского языка не знаю. Понимать — понимаю, но не говорю. Госпожу д'Этьен заинтересовала моя зажигалка, вот эта. Она сделана в Московии. И я получил предложение наладить выпуск таких зажигалок здесь.