Мошенники

Почему это, ревниво подумал Клинг, женщины всегда так тепло отвечают на улыбку Кареллы? Его несколько утешило, что он, по крайней мере, пользуется расположением Моники.

— Насколько мы могли понять, миссис Травайл, девочка сегодня утром говорила по телефону, верно? — спросил Клинг.

— Да. Так она мне сказала.

— Мне позвонили, — подтвердила Моника.

— Я в этом нисколько не сомневаюсь, милая, — сказала ей миссис Травайл и обернулась к детективам: — Просто Моника может и напутать.

— Что значит напутать? — спросила Моника.

— Ты говорила утром по телефону? — улыбаясь, спросил её Клинг.

— Говорила.

— А когда это было?

— Не знаю.

— Она ещё не умеет определять время, — вмешалась миссис Травайл. — Это было сегодня утром. Я оставила её дома, потому что она чихала. Кроме того… я не очень-то доверяю её папаше.

— П-а-п-а-ш-е, — произнесла по буквам Моника.

— После всего, что случилось, с него вполне станет забрать её силком. Пусть лучше сидит дома.

— Тот, кто звонил, знал, что девочка дома?

— Понятия не имею, — сказала миссис Травайл.

— Тот, кто звонил, хотел поговорить именно с тобой, Моника? — задал вопрос Клинг.

— Да, я услышала: «Это Моника Бун?» — и ответила: «Да, это Моника Бун». И мы начали разговаривать.

— А где была в это время бабушка? — спросил Карелла.

— Ходила в магазин, — откликнулась миссис Травайл.

— А кто звонил, мужчина или женщина? — спросил Клинг.

— Не знаю, — сказала Моника.

— Но ты говорила по телефону?

— Да.

— И не поняла, мужчина или женщина?

— Нет.

— Вот я и говорю, что она может что-нибудь напутать, — сказала миссис Травайл.

— Что значит напутать? — снова спросила Моника.

— Это значит ответить не совсем правильно, — объяснил Клинг.

— Ага! — понимающе кивнула Моника.

— Ты слышала этот голос раньше?

— Нет.

— А какой он, этот голос?

— Не знаю.

— Значит, ты говоришь, что не поняла, мужчина это или женщина. Голос был низкий?

— Вроде бы низкий.

— Похож на мужской?

— Вроде бы похож.

— Но ты не уверена?

— Нет. А вдруг женский? Так трудно было разобрать! Как будто… Как будто тот человек говорил в какую-то трубу или коробку. Чудной такой голос.

— Через платок? — предположил Клинг, обращаясь к Карелле.

— Не исключено. Так что же этот голос сказал тебе, Моника?

— Сейчас вспомню. Сначала он спросил: «Это Моника Бун?» Я сказала: «Да, это Моника Бун». Потом голос спросил: «Как ты поживаешь, Моника?», а я ответила: «Хорошо, а вы как поживаете?» Бабушка учила меня, как надо вежливо говорить по телефону.

— А потом?

— А потом он…

— Этот человек?

— Голос. Я не знаю, как правильно, он или она.

— Говори «он», голос, — посоветовал Клинг.

— Ладно. Потом голос сказал: «Ты хочешь быть хорошей девочкой?» Я ответила, что хочу.