Мошенники

Они хоть изредка видят белый свет. В Калм-Пойнте или в Риверхеде поезд выходит на поверхность. Я же только и знаю, что катаюсь вверх и вниз. Значит, на улице хорошо?

— Очень хорошо, — сказал Клинг.

— Когда я шел на работу, тоже было неплохо. Вы работаете на свежем воздухе?

— Время от времени.

— Это здорово, — сказал лифтер. — Непременно подыщу себе такую работу, чтоб не взаперти. Например, дворником. Все на свежем воздухе.

— Зимой холодновато, — сказал Клинг. Это прозвучало для лифтера откровением.

— Вообще-то верно, ничего не скажешь. — Лифт плавно остановился. — Восемнадцатый этаж! — возвестил лифтер. Дверь распахнулась.

— Благодарю вас, — сказал Клинг и вышел из лифта.

— Не за что, — крикнул ему вдогонку лифтер. Дверь снова закрылась, и лифт двинулся вниз.

Клинг улыбнулся и отправился на поиски комнаты 1804. Он прошел по коридору и остановился перед двустворчатой застекленной дверью. Открыв одну из створок, он вошел в приемную, маленькую, но изысканно обставленную. За столом в углу сидела секретарша.

— Мне к мистеру Буну, — сказал ей Клинг.

— Как доложить?

— Скажите, что пришел детектив Клинг. Девушка вскинула на него глаза:

— Вы действительно детектив?

— Да.

— Одну минутку.

Нажимая на кнопку на переговорном устройстве, она по-прежнему не спускала с Клинга глаз.

— Я слушаю, — раздался голос, по которому Клинг сразу узнал Теодора Буна.

— К вам детектив Клинг, сэр, — сообщила секретарша, по-прежнему поедая его взглядом.

— Скажите, что я жду его в студии.

— Слушаю, сэр. — Она выключила переговорное устройство и сказала: — Пожалуйста, мистер Клинг. Вот сюда и прямо по коридору, последняя дверь.

— Благодарю вас, — отозвался Клинг. — Направо или налево?

— Что?

— Я говорю: направо или налево по коридору?

— А! — улыбнулась девушка. — По коридору налево.

— Благодарю, — ещё раз повторил Клинг.

Он вышел из приемной, повернул налево и прошел по коридору до самого конца. Там он открыл дверь и оказался в большой комнате. У дальней её стены было возвышение, задрапированное черным бархатом. На бархате возлежала девушка в леопардовой шкуре. На неё были направлены шесть прожекторов и камера. С камерой возился человек. Другой человек расдравлял? бархатные складки. Слева от камеры, скрестив руки на груди, стоял третий.

— Хорошо бы снять её снизу, Тед, — сказал тот, что стоял скрестив руки.

— Я сделаю так, как ты мне скажешь, — ответил Тед. — Это же твоя реклама.

— Да, снизу будет лучше. Пусть у читателя создастся впечатление, будто она глядит на него сверху.

— Зачем?

— Мне так больше нравится.

— Но в рекламе сказано: ""Смотрит с обожанием на тех, кто после бритья пользуется лосьоном «Леопард», — сказал Бун. — Стало быть, надо снимать сверху.