1
0— Я чуть сдвинул брови. — А во-вторых — я пока и сам никуда не собираюсь. И без теремов дел хватает.
— Вот это правильно!
— Правильно… — повторил я. И, подумав, продолжил: — Только не совсем. Мы в эту гадость уже и так залезли по уши. А отец был на шаг впереди остальных — поэтому его и убили… Ты знаешь, что здесь находится?
Мой палец уперся в карту. В то самое место под озерцом к северу от заимки, где я еще две недели назад начертил карандашом здоровенный крест. Может, и не совсем там, где он был на отцовском рисунке, но уж точно где-то около.
— Нет. Откуда мне знать? — Дядя развел руками.
— Значит, надо забраться. — Я развернулся на каблуках и сложил руки на груди. — А то что я за князь такой, если в Тайге толком не бываю? Вот сейчас жив-камень из Пальцекрыла в Тосну сдадим, машины в порядок приведем — и пока снег не выпал… Только сначала надо Зубовым ответить за лесопилку, как положено. — Я ухмыльнулся. — Нанести, так сказать, ответный визит.
— Да погоди ты с визитом. Тут поважнее дело есть, — поморщился дядя. — Какое завтра число — помнишь?
Глава 14
— Ты смотри — стоят уже, собаки такие, — проворчал Жихарь, выкручивая руль.
Я выглянул из-за его плеча, и за стеклом неторопливо проплыли рослые фигуры в камуфляже. Шевроны с гербом я разглядеть не успел, но все и так было понятнее некуда: такую дорогую форму, да еще и с новомодными немецкими штуцерами на Пограничье могли позволить себе немногие.
Точнее — всего один-единственный княжеский род.
— А чего им обычно надо? — усмехнулся я. — Гадят помаленьку, как умеют… Ну, или не помаленьку.
Я с самого начала не рассчитывал, что присяга пройдет без приключений, но сейчас опасаться стрельбы, пожалуй, было еще рановато.
Слишком уж много в Орешек съехалось народу — включая тех, кто не станет терпеть, если кому-то вздумается устроить невесть что прямо в городе. Еще до поворота на тротуарах то и дело мелькали золотые пуговицы и погоны старших офицеров, а машин у обочин было вдвое больше, чем в тот день, когда я весьма показательно отправил на тот свет барона Мамаева.
Двадцать первое сентября. Рождество Великой Праматери, которое много столетий назад сменило древний праздник урожая. Конец лета и начало осени — настоящей, а не той, что в календаре уже наступила три недели назад. День, на который предки северян нередко назначали и свадьбы, и важные клятвы, и торговые сделки. Чтобы старые, еще языческие боги услышали слова людей — и присматривали, чтобы никто не соврал и не обманул.
На этом мои познания в области традиций жителей Пограничья, в общем-то, и заканчивались.
