Молот Пограничья. Книга II

То ли старательно изображая презрение, то ли оттого, что я в очередной раз спутал его чертовой семейке все планы.

Впрочем, его сиятельству хотя бы хватило ума обойтись без слов вроде «бастард» — иначе наша и без того не самая учтивая беседа непременно закончилась бы, едва начавшись.

— Нисколько не удивлен, увидев вас здесь, — повторил он, усмехнувшись. — Да еще и в компании почтенного Ольгерда Святославича. И его прелестной дочери, конечно же. — Зубов изобразил учтивый поклон. — Доброго дня, княжна.

Елена не ответила. Горчаков тоже предпочел отмолчаться — хоть и не без труда.

Старик хмурился, как грозовая туча, и будто бы невзначай пристроил правую руку на пояс — поближе к топору. И его движение не осталось незамеченным: дружинники по обеим сторонам от Зубов тут же подобрались, почти одновременно скользнув пальцами поближе к спусковым крючкам штуцеров — и только сам он сохранил некое подобие невозмутимости.

— Чего вам нужно, милостивый сударь? — Я шагнул вперед. — И какого, простите, лешего, вы смеете загораживать дорогу — да еще и в чужой вотчине?"

"Из-за внедорожников раздались суетливые щелчки затворов.

Матерые вояки впереди умели держать себя в руках, но у их менее опытных товарищей, похоже, понемногу сдавали нервы. Подойди я чуть поближе — кто-нибудь из них, пожалуй, мог бы ненароком и пальнуть.

А Зубов даже не шевельнулся. В отличие от бестолкового и нервного младшего брата этот, похоже, умел держать себя в руках. Видимо, научился еще в юнкерском… или что он там заканчивал? Вряд ли второй в роду наследников богатейшего и самого влиятельного из князей Пограничья надолго задержался на государевой службе, однако выправка сразу же выдавала в нем человека с военным прошлым.

Командира не только по титулу, но и по праву силы и опыта. Да и дружина у среднего Зубова оказалась посерьезнее вояк из Извары: эти хотя бы воспринимали своего князя всерьез. И, судя по хмурым и сосредоточенным лицам — готовились защищать его любой ценой.

— Что мне нужно? — Зубов приподнял брови. — Для начала — узнать, почему люди умирают везде, где появляется князь Костров.

— Полагаю, это вам лучше спросить у тех, кто уцелел. — Я пожал плечами. — Или потрудитесь объяснить, что именно вы имеете в виду.

— До меня дошли слухи, что не далее, как вчера днем вы убили нескольких человек. Вольных искателей. — Зубов явно заготовил речь заранее. — Некоторых их которых я знал лично и…

— Мы убили преступников, князь. Воров и мародеров, — проговорил я ледяным тоном. — А может и насильников. Тех, на кого не распространяется милосердие его величества императора.

— Вот как? Насильников? У вас есть какие-нибудь доказательства?

Зубов не дернулся, когда Елена взялась за штуцер.