Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

Этот эпизод показал, что «Айболит» отлично усвоил мои уроки по работе с наводкой артиллерии. Не важно, подбили мы танк или не подбили — важно, что Женя точно навел АТС! Пусть командование не оценило его действий — для себя я мысленно поздравил нас с победой.

Они прошли еще метров двести и наткнулись на следующий блиндаж с украинцами, которые открыли по ним огонь из стрелкового оружия и крупного калибра. Группа выполнила задачу и выяснила расположение огневой точки противника: укреп находился на западе, на стыке лесополосы и асфальтной дороги. Штурмовать его команды не поступало.

Я приказал им откатываться обратно.

Через час к нам на позицию пришел «Зеф». Он привел первого пленного, которого они взяли при возращении с штурма.

— Давай пиздуй быстрее, — подгонял его «Зеф». — Смотри, командир! — «Зеф» радовался этому пленному, как игрушке.

— Сам взял пленного? — с улыбкой спросил я «Зефа»."

"— Ну! Иду там… Первым, а тут смотрю выходит этот фраер! Я ему автомат в пузо — хуяк! Он и дернуться не успел. Реакция сработала, — затараторил «Зеф», кивая на пленного.

Пленный стоял и внимательно слушал то, что говорил Артем.

Его внимательные глаза бегали от меня к «Зефу», и обратно. Во взгляде были одновременно и испуг, и сосредоточенность. Это был коренастый мужчина лет сорока пяти, с славянским открытым лицом, короткой стрижкой тронутых сединой волос и зелеными глазами. Он имел широкую грудную клетку и мускулистые руки. Одет он был в отличную форму с наколенниками и налокотниками, явно приспособленную для работы в полевых условиях. «Зеф» притащил его автомат с пламегасителем.

— Ты откуда? Имя? Часть? Звание? — спросил я у него.

— В асы ль… — начал он на украинском, но быстро переключился на хороший русский: — Василий Глушко. 17-й Отдельный Стрелковый Батальон. Солдат. Мобилизованной, — выпалил он, как на докладе.

Я взял у «Зефа» автомат украинца и внимательно стал его рассматривать. Это был хороший АКС-74, с тактической ручкой и пламегасителем.

— Как ты оказался один вдали от своих позиций? — глядя в его настороженные глаза спросил я.

— Заблудился. Я только три дня, как «на нули». Я трактористом работал… Забрали и привезли.

— Не пизди. У тракториста такой формы и такого автомата быть не может.

Шевроны какие у него были? — повернулся я к «Зефу».

— Никаких не было. Думал на сувениры забрать. А у него голяк.

— Замотайте ему глаза и отведи на завод. А пока этот тракторист пусть сидит вон там, — указал я, куда посадить пленного. — Сдается, «Зеф», ты поймал важную птицу!

Я протянул ему руку и с удовольствием пожал ее:

— За проявленную смекалку и личную храбрость тебе присваивается внеочередное звание — «Штурмовик в законе»! Можешь обменяться с ним одеждой.