Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

В следующем доме я нашел разорванный украинский бронежилет и услышал по рации, что наша группа нашла «Кабзика» — одного из пропавших без вести бойцов. Оставалось найти еще двух, один из которых при первом штурме упал в подвал. Он должен был быть в следующем доме, который я видел из окна. Подойдя к окну ближе, я увидел фрагменты тела — ногу с торчащей костью — и автомат.

— Я что-то нашел, — сказал я Сереге, который осматривал дом внутри. — Нога торчит с костью. Ее, видимо, оторвало ему.

И автомат.

Я стал мысленно строить маршрут, как можно было бы подобраться ближе к останкам, и увидел мину ОЗМ-72, привязанную к электрическому столбу.

— Нужно бы ее тротилом подорвать, чтобы другой кто-то не подорвался.

— Здорово. А я только хотел обойти вокруг, — заговорил «Бас», подходя ко мне.

— Да, я сам сейчас гляну.

Не успел я выйти из дома и вдоль стенки продвинуться ближе к этому месту, как раздался взрыв польской бесшумной мины, и я почувствовал сильный удар в левую сторону головы. Ощущение было такое, что мне кто-то сильно зарядил ногой по лицу. Один раз на срочке меня били трое дембелей за дерзость в их адрес, и ощущения были примерно такими же.

Это был нокдаун, и я поплыл от этого удара. Лицо моментально перекосило и речь стала смазанной.

— Ой, блядь! — заорал я и стал сдерживаться, чтобы не орать сильнее. — Серега! Серега! — стал я звать «Баса» чтобы он посмотрел, что со мной.

Шатаясь, я вернулся в дом, и он стал меня осматривать.

— Осколок торчит прямо над бровью. Давай достану и перемотаю голову.

Он стал искать мою аптечку.

— Нельзя вытаскивать! — вспомнил я курсы медицинской помощи.

— Я же тебе говорил, что он в нас кидает, а ты говоришь не в нас.

Пристрелялся, сука. Сейчас перемотаю, и в подвал пойдем, пока не прилетело что-то тяжелее.

Пока «Бас» перематывал мне голову, рядом прилетело еще несколько мин. Мы вышли на связь с «Горбунком» и доложили, что нашли «двухсотого» и что я ранен. В момент доклада одна из мин разорвалась прямо возле входа, ранив Серегу в ногу ниже колена, в икру. Мы поменялись местами, и я из раненного, которому он оказывает помощь, превратился в того, кто должен оказать помощь товарищу. Мы быстро переместились в глубь помещения, и он стал осматривать себя и перематываться.

Кровь толчками выливалась из раны. Достав свою аптечку, он прижал рану гемостатиком и наложил на нее жгут. Мы приняли решение перебежать в соседний дом, где подвалы были надежнее, и, переждав обстрел, выдвигаться назад. Группа эвакуации, видимо переживая за нас, хотела выдвинуться сюда, но мы запретили им это делать и решили выползать сами, чтобы не рисковать группой. Как только мы заскочили в подвал, у его входа разорвалась одиночная мина, не причинив нам вреда.

— Из подствольника херачат, наверное.