Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

— Ладно. Разберемся. Поднимите всех, — приказал старшина.

Он стал, не спеша прохаживаться мимо строя пленных, расспрашивая их и задавая невинные вопросы. Шестеро из них были в возрасте, и только один был помладше и отвечал на суржике — смеси украинского и русского языков. Сначала он стал немного дерзить, но после того, как старшина заметил ему, что с таким гонором обычно долго не живут, он испугался.

— Хлопцы… Та я гхотов сотруднычать. Тильки нэ вбывай-те, — затараторил он.

— Молодец! — похвалил его старшина. — Умный парень. Сколько вас там еще на «Острове»?

— Може двадцать, може двадцать пьять.

Не бильше.

Старшина посмотрел на меня, давая понять, что работы еще много.

— Ладно. Грузите в мой «Патриот» лейтенанта, и того бойца, — указал он пальцем на молодого.

— Могу только этих забрать. За остальными через час приедут. Документы и личные вещи тоже заберу.

Старшина забрал гаджеты и их ксивы и уехал в Зайцево.

Глядя на этих возрастных мужиков, я вспомнил передачи, которые смотрел отец в 2014-м году про то, как начинались «Майдан» и гражданская война на Донбассе. Вспомнил, как переживал из-за этого отец, как стали портиться отношения с украинской родней, которая стала обвинять его в агрессии России.

Вспомнил многотысячные митинги в Харькове в поддержку России. «Интересно, что бы было, если бы мы тогда защищали не только Крым — нашу стратегическую базу военно-морского флота в Азовском и Черных морях, но начали бы СВО? Как бы разворачивались события и за кого бы сейчас воевали эти мужики?» — думал я.

Вопросы были риторические, но хотелось пофантазировать о том, что Харьковская область точно была за Россию и нужно было ее забирать тогда.

Контратака «немцев»

В подвал вернулся довольный, раскрасневшийся «Горбунок» и сел пить чай. Я слышал, что он был на позициях и хотел расспросить его лично о том, что там происходит. Сам бы он вряд ли стал рассказывать подробности. Володя вел себя в бою как гусар и был скромен и лаконичен как спартанец, когда дело доходило до рассказов. Но уж если он начинал рассказывать, это было красочно. Он просто нуждался в первом уточняющем вопросе.

— Ну, как там мои? Закрепились? — издалека начал я.

— Да, нормально. Помог им там немного с последним блиндажам.

Уперлись в него и не могли пробиться.

— И что получилось? — продолжал я выпытывать у него детали.

— Да я тут ходил, ходил. Слушал, слушал, как они взять ничего не могут. И решил помочь им.

— А мне-то почему ничего не сказал?"

"— Так я командира спросил, он разрешил. Я и взял вместо автомата РПГ и гранат и побежал туда с парой бойцов. Разведал там, в чем проблема. Они мне говорят, мол, не могут выбить хохлов из блиндажа. А ты же знаешь, я хорошо навскидку работаю с гранатомета.