Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

А грузины-наемники, которые там воюют, штурманули и взяли первый этаж под ними. То есть наши на втором, а грузины на первом. Грузины предлагали нашим сдаваться. Наши, понятно, послали их нахуй. Бились, бились. БК кончается. Паренек один в окно сиганул и к нашим прибежал. Пытались они им помочь, а, когда дом отбили, увидели, что там все погибли. Грузин главный после на связь выходил. Мол, присылай командир еще группу. Давление психологическое такое, значит.

— Доберемся мы и до грузин. И до поляков. Это вопрос времени. «Конг» за своих, я думаю, не попустит.

— Ладно, пока есть час еще пойду полежу у вас там на ящиках в комнате.

До того, как РВшники взяли эти позиции, здесь располагались украинские военные. В дальней комнате, где было оборудовано спальное место, было тесно и уютно. Тут, как и везде, были слышны «прилеты», но здесь они звучали тише, и это создавало ощущение большей защищенности, чем в других местах этого здания. Я прилег на ящик из-под натовских снарядов с чешской маркировкой и повернулся на бок. Мой взгляд уперся в рождественскую открытку, на которой был нарисован ангел с золотистым нимбом.

А рядом с этим рисунком был написан текст на украинском языке. Текст был написан детским почерком и адресован украинскому солдату, которого девятилетняя девочка Лена, поздравляла с наступающим Новым годом. Точно такие же письма мы получали от наших школьников, когда я был в Чечне. В этом письме были любовь и тепло, на которые способны только дети. Я читал его и мне были понятны ее слова: «Дорогий солдат. Бажаю Toбi в новому роцi щастя i миру над головою. Здоров’я Toбi i твoiм друзям з якими ти служит. Cnacибi Toбi що ти охороняеш мiй сон i мене.

Нехай Дiд Мороз принесе Toбi подарунки i ти зможеш поТхати на Новий piк додому до батькiв. 3 любов’ю. Лена. 9 рокiв».

Это письмо было обезличено и адресовано любому солдату, который его читал: украинскому, русскому, американскому, польскому — любому неизвестному солдату, который находился под пулями и снарядами на передовой. И, несмотря на то что оно было написано нашему врагу, я воспринимал его как письмо, адресованное мне. В данный момент я был тем солдатом, который нуждался в тепле, заботливом слове и пожелании вернуться домой целым и невредимым.

Я был тем солдатом, который бы с удовольствием поехал на Новый год к родителям, чтобы встретить его среди друзей и родных. Это письмо объединяло, а не сеяло зерна войны. Оно было про простые и вечные ценности, которые так необходимы каждому.

Любая война заканчивается миром. Отдельные люди и народы перестают ненавидеть и убивать друг друга. Они садятся за стол переговоров, начинают ездить друг к другу в гости и разговаривать.