Мир, который без меня. (Альтернативный гей-роман).Книга 3.

 Попробую объяснить со своей точки зрения. „Целоваться с мужчиной… это более животное ощущение. Это намного грубее и примитивнее, чем целоваться с женщиной. Женщины не торопятся. Это скорее игра. Это не бешеный порыв, чтобы получить разрядку. С мужчиной есть такой первобытный драйв, ты это чувствуешь в ту же секунду, когда начинаешь целоваться“.

— Вы делали это так самозабвенно и реалистично, что можно думать, вам нравилось это.

— Я люблю делать это в жизни, но речь не об этом. «Понимаете? Может быть, это. Я думаю для любого актера непросто все время целовать многих людей, да? День за днем. „Привет, как дела. — Хорошо, как сам? — До завтра. И послезавтра, и после послезавтра“. Не знаю. Они все прекрасные, замечательные люди. Просто сложно постоянно совать свой язык в чей-то рот, и каждый раз это новый человек»."

"Энди внутренне посмеивался, переводя взгляд с Роя на Джима. Забавная картина. Ты рассуждаешь о себе, только со стороны. Ты видишь себя, только не совсем себя, потому что себя ты сам не видишь, а видишь так, как видит он. Ты рассуждаешь о себе со стороны, только ничего сделать не можешь, потому что ты — это не ты. А Рой злится, потому что Джим отлично проиграл его суть. И Бернарда — молодчина. В лабиринте Роя нашла тот единственный правильный проход, который привел ее к пониманию. Роман написан чудесно, потому что она научилась свободно перемещаться внутри Маккены. Но она слепа, хотя и не знает этого. Это был лишь обводной канал, а Рой уходит нутром совершенно в другую сторону. Она описала то, что он показал, но это совсем не то, что он есть на самом деле. Он другой. За прекрасно прорисованной оболочкой закоренелого свободолюбца скрыта нерешительная мягкая душа. Она слишком хрупка для механических прикосновений, и Энди сам сдувал с нее пылинки, чтобы они не ранили ее обломившимися краешками. Джим, как и все, завяз в паутине защитной оболочки Роя, понимая суть лишь на этом допустимом уровне.

— „У меня не было никакой карьеры, когда начался сериал. Мне не о чем было рассказывать. И мне неинтересно было обсуждать мои сексуальные предпочтения“, — продолжал Сноу, и Энди понял, что народ во главе с ведущим продолжает таскать его ориентацию туда-сюда-обратно, словно все еще ждут, что он скажет нечто совершенно обратное. –„Я — натурал“, - продолжает Джим, — но если мы говорим о сериале, то это несущественная информация».

— Он так отчаянно кричит о своей натуральности, что создается впечатление, что он не только с тобой терял девственность…

— Он будет актером одной роли, — неизвестно почему вдруг произнес Энди.

Молчаливый вопрос Роя, заключенный во взгляде, переведенном с Джима на парня, приобрел характерную шершавость.