9
0Бернарда улыбалась, ответами заставляя разворачиваться и заходить на новый круг. Видимо, он не понимал, что она играет с ним.
Бернарда улыбалась. Самой себе. Внутренне и очень глубоко. Все эти ток-шоу, интервью и тому подобное — такая, в сущности, чушь. Незнакомые люди сидят и по какому-то праву наделяют себя полномочиями судей и адвокатов в делах сугубо чужого личного характера. Всем интересно знать то, что, в сущности, не касается их никоим образом. Лави′на вспомнила себя. Она пятьдесят раз и в пятидесяти оттенках пожалела, что позвонила тогда Энди. Они были мало, слишком мало знакомы, чтобы обсуждать достаточно откровенные темы. Это делало все невозможно трудным. Чертовски трудным.
— Итак, — начал Энди, когда Бернарда пришла к нему в первый раз.
Он поставил перед ней кофе, конфеты, пирожные и начал извиняться за свой выбор. Она, в свою очередь, почувствовала стеснение, которое от слов парня распухло до невообразимых размеров. Что она собирается делать? Как? Зачем? По сути, в тот момент ей было страшно, но только в тот момент, потому что в следующий Энди это изменил. Он изменил это только один раз, но уже навсегда.
— Итак, нам предстоит стать друзьями. Предлагаю именно этим и заняться. В качестве смазки могу предложить кофе. Я сварил по собственному рецепту и собственной технологии. Если он войдет легко, все остальное, думаю, тоже пойдет легко.
— Как просто.
— Думаю, это самый верный путь — упрощать все, что сложно. Надеюсь, вы… нет, это неверный шаг. Ты, если это удобно?
— Верный путь, — улыбнулась Лави′на, — это упрощение. «Ты» мне нравится больше.
Бернарда сделала глоток. Кофе действительно показался вкусным. Было в нем что-то… что и в Энди, что вызывало доверие.
— У-у-у, и, правда, необычный.
— Рой обожает кофе. Уж кто-кто, а он понимает в нем толк.
— Как и во всем другом?
— Как и во всем другом. Рой — отдельная категория. Вот люди классифицируются по разным признакам, но он во всех признаках и во всех категория что-то отдельное. Ну, об этом по ходу. Итак. С чего мы начнем?
Лави′на смутилась. Она уже давно отодвигала момент признания, что начинать, как, в принципе, и продолжать не с чего. Было как-то немного стыдно, и Бернарда чувствовала себя виноватой.
— У меня ничего нет, если честно. Я не уверена, что вообще это хорошая идея.
— Хорошая, — улыбнулся Энди. — Очень хорошая. В таком случае поступим так: я покажу студию, потом мы поболтаем, потом еще попьем кофе, потом я сделаю кучу предупреждений относительно господина Маккены, потом придет Ольга, мы опять выпьем кофе, опять поболтаем и…"
"Он был открыт и весел. Бернарда почувствовала, что с ним легко. Они поднимались в студию, и Лави′на разглядывала с каждой ступеньки меняющуюся перспективу.
