Мир, который без меня. (Альтернативный гей-роман).Книга 3.

Уже после, чуть отвлекшись от гостей, Энди принялся рассматривать зал. Он почти не дышал и не моргал, совершенно позабыв об этом от восторга.

- Классно, да? – Рой тихонько обнял его со спины.

- Наверное, здорово танцевать в таком зале?

- Думаю, да, - как-то спокойно согласился Маккена. – Тебе виднее. А ты бы хотел?

- Еще бы…

- Хотя, зачем? Ты же все равно не танцуешь.

Рой почувствовал, как Энди сразу сник.

- Или?

- Перестань, Рой. Так и есть, я не танцую.

- Минуточку внимания! – все услышали веселый голос Пола. Сияя пайетками на великолепном бальном платье, он выступил из толпы вперед. – На правах ведущего этого праздника, я хочу объявить всем вам дальнейший план мероприятия. Регламент строго определен, поэтому прошу ничего не нарушать. Итак. Сейчас, а именно после того, как я, наконец, заткнусь, поздравления, восхваления, лобызания, пожелания, восхищения и… Не знаю, что я еще забыл. После - концертная программа, аплодисменты, слезы умиления, снисхождения и радости! После этого группирование, выхождение, следование, посещение, поедание, выпивание, опять поздравления и вручение подарков! После этого открывание дверей, запускание толп, мое второе многоуважаемое выступление в «Терра Инкогнита» и танцы до упада! Что-то приблизительно так. Я – девушка весьма ветреная и забывчивая, так что мог что-то и призабыть, но по ходу мероприятия, думаю, я смогу как-нибудь из этого вырулить.

Энди смотрел на Лауру и понимал, что смертельно соскучился. Она танцевала восхитительный экспромт на стуле, и парень чувствовал, как его сердце тихонечко отделяется и сбегает от него. Он пытался его ловить, но оно просочилось сквозь пальцы и все равно улизнуло. Оно тянулось к девушке, или она призывала его, но каждая клетка его тела начала тихонько всхлипывать. В конце ее выступления появился Чарли, и танец приобрел уже иной сексуальности смысл. Браун легко поднял Лауру на пилон, и она заструилась по нему, оставив где-то костное наполнение тела. После Чарли танцевал один, и Энди понимал каждое слово его танца. Стив – это отдельное, родное. Парень подумал, что до сих пор никто никогда не делал и не будет делать это лучше, чем Стив. Танец тела, которое до сих пор вызывало в нем дрожь, тела, которое до сих пор оставалось для Энди безупречным, не просто тела – души в этом теле. Непонятная ностальгия поднималась и расправлялась в груди парня. Ширилась, разрасталась.

Все эти люди… Они здесь из-за него и для него. Все миры, все галактики, как бы далеки они ни были друг от друга, сошлись сейчас здесь. Они не столкнулись, не взорвались, не разрушили друг друга. Они слились и вращались сейчас вокруг него.