10
0Мне приходилось уходить и заниматься этим на стороне, чтобы опять стремиться к нему, чтобы вновь понять, кто он для меня, прочувствовать каждую искру этих отношений…
Бернарда слушала его и думала. Для человека, которому нет тридцати, он рассуждал слишком зрело. Она понимала, что эта его философия не только выстрадана, но и проверена многократно. Он заставлял Роя подниматься, чтобы не потерять возможность стремиться за ним. Он не хотел его достигать, чтобы понять, что потерял мечту. Он толкал Роя вперед, чтобы просто идти за ним.
— Должно быть, Рой счастливый человек, раз с ним живет тот, кому принадлежат столь прекрасные слова. Наверное, многие стали бы счастливее, если бы их любимые настолько понимали их и старались поднять.
— Я не стараюсь. И никогда не старался. Рой — венценосец, и какая, в конце концов, разница, кто подаст ему лавровый венок?
— Но разве он понимает это?
— Ему не надо. Он должен чувствовать, что совершенен, а это требует от него столько усилий, что он просто этого достоин, и все.
— Я впервые слышу, чтобы человек понимал все столь необычно."
"— Знаешь, — сказал Энди и задумался на мгновение, — когда я впервые увидел его, я увидел взрослого, состоявшегося, прекрасного мужчину. Он казался жестким и неуютным, а еще потерянным и очень несчастным, но было в нем что-то… Я не понял тогда. После, когда он привез меня сюда, это был уже совершенно другой человек. Он оставался взрослым, состоявшимся и прекрасным, но он был мягким и смущающимся. Он так неумело суетился, делал столько лишних движений и даже краснел. Этот второй был его внутренним человеком, которого он прятал и прячет до сих пор, окружая броней того, первого. Стоит лишь войти в него…
И тут Энди рассмеялся. Так открыто и беззастенчиво, что Бернарда невольно улыбнулась следом.
— Не получится, — продолжал смеяться парень. — До абсурда не получится.
— Что не получится?
— Не получится лишь войти! Я входил в него со всех сторон, но…, но его там нет, потому что…
Энди смеялся еще какое-то время, а потом успокоился и очень нежно взглянул на Бернарду.
— Он не там. Он очень глубоко.
— Кто и где глубоко? — послышался голос Маккены с верхних ступеней. — У меня какие-то не совсем приличные ассоциации.
Что ответил Энди, Лави′на не слышала. Она смотрела, как Рой спускается по ступеням и почти ассоциативно чувствовала все, что только что объяснял ей парень. Взрослый, состоявшийся, прекрасный. Маккена был одет в элегантный темно-серый костюм, черную рубашку с глянцевыми пуговицами и такую же глянцевую бабочку. Бернарда видела лишь одного Роя, но она знала, там внутри есть еще один, другой. Рой Энди.
— Боги! Рой! — воскликнул парень. — Тебе повезло, что я занят!
— Отлично.
