15
0
— Итак, — продолжила леди, — уважаемые господа истинные геи, а также дайки, натуралы и прочие извращенцы! Наше голое шоу без мыла, смазки и прочей атрибутики входит в стадию первоначального возбуждения, чтобы стать очередным незабываемым актом развращенной смелости! Как обычно, приз в жестоком поединке достанется только одному участнику, которого выберете вы!
Вой поглотил окончание фразы, хотя Пол исправно произнес ее до конца.
— У меня есть тысяча долларов, которую я с удовольствием не отдам никому, — он театрально всплакнул, — если вы так и не сможете выбрать самого горячего и развратно-раскомплексованного жеребца сегодняшнего вечера! Правила со времен сотворения мира неизменны! Шесть добровольцев, выдвиженцев и бессовестных извращенцев сейчас поднимутся сюда, разденутся, потрясая каждый своим потенциалом и вызывая чувство восхищения у нормально ориентированной гей-части населения и чувство тошноты у остальных разнокалиберно-ориентированных латентных геев, составляющих оставшуюся часть человечества! Боже мой! Иногда я начинаю пугаться, когда произношу, не запинаясь, такие сложно-умные фразы! Открою секрет! Я учила это долго-долго, зато теперь не запинаюсь от начала до конца! Ну да ладно.
Раздались горделивые звуки какого-то марша, и шестеро участников под всеобщий грохот ликования поднялись на сцену. Стив впился в Энди клещами взгляда. Тот стоял растерянный, и Шон видел, что вместе с парнем взошла и стая его лисиц.
— Смелее, мальчик, — прошептал он. — Вспомни, что я говорил тебе.
— Стив, — про себя взмолился парень, — мне было бы не так трудно, если бы я мог видеть тебя.
Парень вздрогнул, когда почувствовал, как далеко не женская рука Пола легла ему на плечо. Энди понял, что не слышал, когда леди «знакомилась» с другими участниками.
— Ну а ты, сладенький, — щебетала Джоджина, — не поведаешь ли нам свое имя?!
— Энди Джалалли, — выдавил мальчишка.
— Сладкий мальчик, сладкое имя! — воскликнула леди, а после невзначай наклонилась к нему и шепнула, — скрещу за тебя пальцы.
Парень окончательно очнулся, вдохнув запах далеко не женского лосьона, исходившего от Пола."
"В сущности, тот ему даже нравился. Именно Пол, а не Джорджина. Он был добрый, веселый и какой-то очень уютный. Еще он был хорошим сыном, и Энди немного завидовал его отношениям с матерью. Та, дожив до старческой слепоты, так и не знала до сих пор, кто есть ее сын по физической сущности.
