Мир, который без меня. Альтернативный гей-роман. Книга 1.

Он даже научился не захлебываться ею, а Стив… Спасательный круг, на котором удавалось чуть отдышаться. Парень не понимал, что добавили в этот котел Маккены, что там пошла такая реакция. «Ты не останешься?» — спросил в клубе Шон. «Поеду с ним». Почему? Зачем? Мальчишка не знал, просто считал, что должен сделать именно так.

— Да что с тобой?! — наконец не выдержал парень.

— А что со мной?! — Рой злится. — Все нормально со мной! Это с вами что?!

— Рой, ты можешь мне объяснить…

— Объяснить?! Тебе?! Зачем?!

— Да что я сделал, наконец?!

— Слушай! — Маккена резко развернулся, упершись ладонями в бока.

 — Ты тоже удивлен?!

— Если скажешь чему, постараюсь ответить.

— Тому, что я все еще с тобой?!

— Тому, что «все еще» или тому, что «со мной»?

— Без разницы!

— Нет.

— Нет?!

— У нас же годовой договор. Бизнес. Ничего более. Я работаю на тебя, ты мне платишь. Чему я должен быть удивлен? Хочешь расторгнуть?! В любой момент! Какие проблемы?!"

"Маккена не готов. Фраза, которую он собирался сказать, передумала, что бы он ее говорил. Она застряла, создав пробку, и нужно время, чтобы она рассосалась.

Это создает давление внутри между ключицами, и Рой не знает, что делать.

— То есть можно не распаковывать простыни, если договор будет расторгнут?! — он несет какую-то чушь. То ли спрашивает, то ли утверждает - не знает сам. – Ну да! Так удобнее нести! Верно ведь?!

— Не понесу! Оставлю тебе! — огрызается Энди. — У меня все равно нет другой кровати! Так что стелить по-любому не на что!

Рой опять не готов. Вторую фразу постигла та же участь. Пока Маккена переваривает пробки, парень поднимается в студию.

Не распакованный подарок остается лежать на столе. Нарушает симметрию, свисая одним уголком. Полиэтилен чуть глушит расцветку. Не так контрастно. Рой смотрит то на лестницу, то на упаковку белья. Смотрит так, словно между ними была связь, но он ее потерял и теперь пытается понять, как это произошло. Пока тот думает, Энди спускается. Просто так. Берет и спускается. Молча. Не совсем. Что-то напевает почти про себя. На самом деле, он тоже думает. Мальчишка понял, что нахлебался обидами сполна и нет смысла перекладывать их с одного места на другое. Он спокоен. Только внешне. Во всяком случае, старается. Внутри, на деке его души рвутся перетянутые струны. Одна. Вторая. Те, что еще остались, не звучат уже, а протяжно устало воют.

— Есть будешь? — спрашивает, не глядя на Роя.

— Ешь сам!

— Нет. Не хочу, чтобы ты натряс мне в тарелку зерен ненависти.

— Да пошел ты! Ты мне вот уже где!

Рой делает резкий жест рукой. Вот она, последняя струна. Вступила в резонанс и лопнула. Энди резко обернулся.