9
0Обнаженный мужчина, полулежащий поперек кресла с запрокинутой головой. Тень от руки, отдыхающей на лбу, и маска почти сливали лицо с темным фоном на заднем плане. Кисть второй руки и чуть согнутое бедро скрывали обнаженный пах. Тело, гладкое и мраморное, показалось Энди неземным.
— Неплохо? — слова Роя покоробили слух, показались корявыми и пошлыми. — Что скажешь? Нравится?
— Кто он? — еле выдавил Энди.
— Он? — Рой не смог сдержать удивления. — Разве ты не узнаешь?
— Я никогда не видел его раньше.
Рой рассмеялся.
— Рой Гейл Маккена. Собственной персоной.
Энди перевел на собеседника взгляд, позабыв, что было бы куда удобнее еще и повернуть голову. Смутные сомнения окатили холодными брызгами. Не может быть! Рой включил свет и подошел к картине.
— А так? — его слова пронизало умиление. — Неужто оригинал хуже портрета?
Энди не знал, что сказать. Теперь он узнал. Только теперь. Линия подбородка и едва уловимый след от ямочек. Шея…
— Теперь я понял, почему должен был выжить. Никто никогда не смотрел на нее так. Я бы не увидел этого. Хоть ей уже лет пять, она - моя любимая.
— Лет пять?
Рой не ответил. То ли побоялся услышать, что сам уже не так хорош, то ли не захотел понять, что это верх его творчества. Оставив Энди собирать в кучу размазанные мысли, он плеснул в бокал бурбона и выпил залпом.
— Ты долго будешь на нее пялиться? Проходи уже, наконец! Обещаю, она еще повисит здесь, так что у тебя будет куча времени.
Сглотнув разом все чувства и мысли, Энди огляделся. Достаточно просторное помещение. Так ему показалось. Светлые стены. Светлая мебель, оттененная темным декором. Большая часть пространства отведена под подиум, вздернутый вверх тремя ступенями. Лампы. Камеры. Треножники. Еще какая-то техника. Провода. Везде. Еще фотографии. Много. Раздвинутый диван с перемятой всклокоченной постелью. Какие-то вещи. Пустые бутылки и опять коробки из-под пиццы.
— Художественный хаос, — словно оправдывался Рой. — Наверное, я не убил домработницу. Она меня просто бросила. И, кажется, я догадываюсь почему.
— Ты уже говорил, что художники - страшные засранцы.
— Ну, по крайней мере, один из них точно таковой.
— Это твоя работа? — спросил парень, и у Роя внутри полегчало. Не испугался.
— Я — фотограф. Работаю с рекламными компаниями, журналами, выставляюсь. Ну, типа, как бы, в общих чертах, приблизительно так.
— Все понятно.
На самом деле Энди было понятно не все. Точнее, было все непонятно.
— Должен сразу предупредить, здесь будет толкаться уйма народа. Так что, когда это начнется, предлагаю не пугаться. Ты привыкнешь.
Потом помолчал и добавил:
— Наверное. Я надеюсь.
