2
0– Время самый ценный ресурс, что есть у человека. Пока что. К тому же неизвестно, что там на дорогах. А в эти дебри ни один нормальный не сунется.
– А как же эти? – поинтересовался Савмак, в полумраке кивая обратно. – Послушники.
– Да какие ж они нормальные? – удивился Олег.
Ратник согласно выдохнул.
– Хотя да, – ответил он. – Красивых баб только ненормальные жгут.
Ночь окончательно опустила темный полог на лес, болото погрузилось во мрак, в котором то там, то тут мерцают зеленоватые огоньки и бледно-голубым светятся гнилые коряги. Где-то страшно закричала птица, Люсиль в страхе кинулась на спину Олегу и прижалась, теплые руки обвили его за пояс.
Он скривился.
– Только не сопи. А то всех кикимор разбудишь.
Люсиль испуганно икнула позади.
– К-кикиморы?
Олег кивнул уверенно."
"– Ну или какие-нибудь мавки. А может, и болотники, если такие еще остались. Они страсть как красивых любят. А ты у нас самая красивая.
– Мне страшно, – пискнула, Люсиль, ее теплая грудь еще сильнее прижалась к спине Олега.
– Сам боюсь, – ответил он.
– Может, вернемся? – снова слабо раздался ее голосок. – Обойдем как-нибудь?
Олег выдохнул, отплевываясь от светлячка, настырно мостящегося ему на губу.
– Поздно. И некогда. Не успеем – все падет прахом.
– Ну почему нам теперь надо торопиться? – захныкала Люсиль. – Пока я тебе не сказала про этот Меч, ты зачем-то лежал на лавке и знать о нем не знал. А теперь гонишь через болото.
Олег многозначительно и тяжело произнес:
– Знал. Всегда знал…
Силуэт Савмака впереди идет, раскачиваясь, как разбуженный медведь, и протаптывает в мягкой почве путь. Моховой настил под ними качается, ноги ступают мягко, но если он выдержит ратника, значит, и Олег с Люсиль пройдут.
– А мне бабка рассказывала, – начал Савмак, пыхтя и сопя, словно лось, – что кикиморы красивыми девками оборачиваются и честных людей в топи заманивают.
Люсиль за спиной Олега охнула, она так и шла, прижавшись к нему всем телом.
– Не к ночи о них вспоминать, – суеверно прошептала она.
Олег кивнул.
– И то верно, – согласился он. – У нас своя кикимора. Сама кикимористая и красивая. Вон как в спину вцепилась. Покрепче мавки.
Савмак хохотнул угрюмо и сказал:
– Пастор, я, конечно, понимаю, у тебя духовность. А духовность твоя может огонь разжечь? А то ни зги не видно. Иду как слепой. Того глядишь – нырну с головой, а ты, не осерчай, хоть и мощный пастор, но я тяжелый. Не вытянешь – утопну.
Эти топи Олег помнил еще с тех пор, когда болота здесь не было, а цвел обширный луг. Потом сдвинулась ось мироздания, воздух стал влажнее, а почва жирнее и пришел лес. Он разросся, как повилика в огороде нерадивой хозяйки. Воздух влажнел, дожди залили земли, а подземные реки набухли. Настало время болота.
