2
0Теперь многие так уже не думают, правда на смену пока ничего толкового не пришло, хотя есть умельцы, которые бегут впереди планеты всей и пытаются разобраться, что заставляет тучи становиться тучами.
– Вот за это и надо хвататься, – проговорил Олег себе и потянул ручку, уводя воздушный корабль правее.
Савмак оглянулся с непониманием.
– Пастор, ты что-то сказал?
– Сказал, что надо брать правее, – отозвался Олег. – Глядишь, уйдем от непогоды.
– А если не уйдем? – с опаской спросил ратник.
Волхв ответил хмуро:
– Тогда и узнаем.
Попасть в шторм или ураган на ящере – это одно, ящер зверь с умом, сам знает, что в непогоду особо не полетаешь. А дирижабль всего лишь механизм, и успешность его полета всецело зависит от того, кто у штурвала. Стало быть, управлять воздушным судном можно лишь тому, кто в этом поднаторел. Волхв скривился сам себе, по иронии самый умелый летатель из присутствующих – это он.
Тучи двигаются пока неспешно, даже кажется, что и вовсе стоят на месте, но это обманчивое видение. Стоит отвернуться, а потом снова глянуть – как клубящиеся куски ваты уже больше и ближе.
Олег еще сильнее накренил лопасти, дирижабль взял совсем направо, волхв уже решил, что удалось уйти от непогоды, но спустя некоторое время прилетел первый холодный порыв.
– Не успеем, – заключил он.
Люсиль охнула, а Савмак вскочил на ноги, глаза выпучились, кулаки сжались, он наклонился вперед, будто собирается сигануть.
– Так, а что делать? Делать что? А? – встревожился ратник. – Я в этих ваших летаниях не понимаю. Мечом помахать, кулаками там – это да. А летать – не. Командуй, пастор. Это ты у нас весь в полетах, хоть и духовных.
Гроза двигается все быстрей, облака пока белые, но это та белизна, которая предвещает ярость и буйство природы – яркая, слепящая и глубокая. Олег покрутил головой, заглянул за борт. Там, далеко внизу бесконечная синяя гладь, падать не так больно, как на сушу, но все равно чревато. Затем устремил взгляд вверх и проговорил:
– Есть один способ. Только вам не понравится.
– Выживем? – прямо спросил Савмак.
– Ну, шансов побольше.
– Тогда действуй, пастор, – решительно одобрил ратник.
Боец смелый и ярый, хорошо муштрованный командирами и подготовкой, что значит, беспрекословно верит приказам вышестоящих, а Олег в вопросах полетов однозначно такой. Волхв поежился и запахнул волчовку на груди.
– Поройтесь в ящике, – посоветовал он, – может, там еще какая одежда есть.
– Зачем? – не понял ратник.
Олег вздохнул и крутанул вентиль горелки со словами:
– Поймешь.
Дирижабль резво пошел вверх. Едва увеличил высоту, как порывы ветра стали резче и злее. Люсиль спохватилась первой, она с охом вскочила с ящика и стала снова торопливо в нем рыться.
