Лоно Каридес

Почему ты явилась среди ночи с заявлением, что не можешь выйти за меня замуж?

— Я не сказала, что не могу.

— Разве?

— Я только сказала, что не выдержу эту свадьбу.

— А, другое дело, — Кристос откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза. — Ты появляешься среди ночи, совершенно обезумевшая...

— Ничего не обезумевшая!

— На улице ниже нуля, а ты даже без пальто.

— Ты сказал, что свадьба будет простой, и я поверила. А во время обеда твоя мама начала рассказывать о приготовлениях, и я поняла: мы по-разному понимаем простоту.

— Почему ты ничего не сказала — тогда?

— Потому что хотела ей понравиться.

— Ты выходишь замуж за меня, а не за мою мать, и тебе необязательно соглашаться со всем, что говорят другие.

— Но разве я могла возразить, когда твоя мама так радостно рассказывала о гостях, о том, сколько она потратила средств и сил?

— Я возьму счета на себя!

— Я задумалась об этом, когда ты ушел, и не смогла заснуть. И... хор!

— А что хор?

— Выписывать из Нью-Йорка целый оркестр и сопрано!..

— Давай разберемся. Ты согласна, что нам нужно пожениться? Тебя беспокоит только сама церемония?

Слово «нужно» не должно было ранить Бекку, но ранило.

— Лучше сказать, меня это очень пугает.

— Почему?

— Я не люблю подмостков, Кристос, и как подумаю о том, что на меня глазеют... — она приложила руку к животу. — Не хочу такой свадьбы.

Глаза Бекки вдруг наполнились слезами. Мгновение она смотрела на протянутую к ней руку Кристоса — сильную, с длинными, музыкальными пальцами, потом порывисто вздохнула, протянула навстречу свою и почувствовала знакомый электрический разряд.

— Я думал, все девушки мечтают о пышной свадьбе...

— Только не я! Даже если эта свадьба была бы настоящей, — Бекка поморщилась, когда его пальцы стиснули ее руку.

— Извини.

— Сколько всего ожидается приглашенных?

— А?

— Ты не слушаешь!

— Я должен подумать.

Кристос постарался отвлечься от плавных линий тела Бекки, ее податливости, ее томных вздохов где-то возле его шеи, горячих губ на своей коже... Мужчина протяжно выдохнул.

Пора брать себя в руки.

— И еще, — Бекка нахмурилась, — они все знают, что я беременна. Имею в виду, это довольно очевидно.

Может быть, Кристос наконец посмотрит на ситуацию с ее точки зрения? Может, представит себе, как она валкой походкой идет по церковному проходу, смахивая бисеринки пота со лба?

— Очевидно?

Единственной очевидной для Кристоса вещью было то, что он потерял разум в тот миг, как его взгляд остановился на этой рыжеволосой колдунье.

Они все знают, что иначе мы не женились бы.

— Тебе стыдно, что ты беременна?

— Нет, конечно! Я горжусь!

— Я тоже!

Их глаза встретились, и, к своему удивлению, Бекка не усомнилась в искренности Кристоса.

— Верю.

— Дети — благословенный дар.

— Даже с рыжими волосами? Ведь и такое возможно.