Куплю счастье. Дорого

Отыскала костюм смерти, который руки не дошли выкинуть, и, понадеявшись, что косу она сможет одолжить и у Любы, запихала черный плащ с маской в пакет

- Так, наш план такой, - вернувшись к машине, сказала Этери: - Сейчас мы едем к тебе. Ты находишь в сарае косу.

- Зачем она тебе? – изумилась Люба.

- Так ведь что это за смерть без косы?

- Какая еще смерть?

- Смерть Виктора, конечно же! Вот… смотри. У меня есть костюм. - Этери достала из пакета маску смерти и плащ. И пока Люба непонимающе это все вертела в руках, продолжила: - Я в это все наряжусь и приду к твоему бывшему.

Ты знаешь, где он сейчас обитает?

- Так у матери своей бедной – ясное дело. Но постой… Я не понимаю… Зачем этот маскарад?

- Ну, ты же сказала, что он даже смерти не боится, так?

- Было дело."

"- Вот мы и проверим. Если план сработает так, как я рассчитываю, пить он не захочет еще очень долго.

- Но… это же безумие, Этери. Детский сад… - откинув голову, рассмеялась Люба. А Этери вдруг заметила, какие у той красивые волосы. Подсохнув, они завились и легли на плечи женщины красивыми волнами цвета спелой пшеницы. Ну, вот и зачем она эту красоту прячет под лакированным шлемом?

- Еще какое безумие! Так ты со мной? Да или нет? Надо проучить этого гада, как следует.

- Ты права. Я в деле, - решительно кивнула Люба и, лихо вывернув руль, ударила по газам.

План разыграли, словно по нотам. Конечно, им пришлось подождать, когда Виктор вернется домой после очередного загула с приятелями. Но оно того стоило. Этери не пришлось проникать к нему в дом. Любин принц не дошел даже до ворот и прилег отдохнуть в густых зарослях мальвы. А вот разбудить упившегося в хлам мужика было непросто. Но когда он, наконец, открыл мутные от принятого на грудь глаза и уставился в глаза смерти… о, это нужно было только видеть!

- Ой, я не могу… - хлопая себя по коленкам, хохотала Люба.

– Ты видела?! Видела, как он обделался, а?! Я уж думала, и правда помрет со страху. А это его… «Белочка, отпусти, я больше пить не буду?!» Как считаешь? Правда не будет? Или это он так… с перепугу? Ой, не мог-у-у-у!

Глядя на ржущую Любу, Этери и себе тихонько подхихикивала. Да, это была совершенно детская выходка. В какой-то момент она вообще подумала, что дело закончится плохо – уж слишком сильно Виктор струхнул, но… Черт! Как же это было весело! Её только одно беспокоило…

- Люб, а если он и правда пить бросит, ты его, что… назад примешь?

- Не приму.

Хватит с меня его. И трезвого. И пьяного. Для себя поживу… На курорт, может, съезжу. Или… ребенка усыновлю.

Этери запнулась, чуть не оттяпав себе злосчастной косой ногу.

- Я не знала, что ты хочешь кого-то усыновить.

- Детей-то у меня нет, – вздохнула Люба, сворачивая на свою улицу. - Я бы уже давно это сделала, но Виктор был против.