6
0Но за это время умелый некромант многого может достичь… я буду шагать к своей цели, а тебя и твоих людей будут рвать на части добрейшие светлейшие священники и озверелые дворяне, верные нынешнему правителю! Поэтому радуйся, Корис, радуйся тому, что я считаю тебя своим личным врагом. Я не просто хочу услышать о твоей смерти — я желаю лично перерезать твою глотку. Так что прекрати строить из себя сильного лидера, стоящего во главе могучего войска, и хозяина несокрушимой крепости. Поведай же мне, что ты знаешь об Источнике Скверны? Поведай мне все до последнего слова и мысли, мой друг и враг Корис Ван Исер!
Помолчав еще пару мгновений, я открыл рот и начал говорить:
— Много веков назад, когда ты был наместником Западных Провинций, началась междоусобная война…
— Великий кровавый мятеж… — в шипящем голосе Тариса послышались нотки ностальгии.
— Казалось, что это обычная война за власть. Грызня за трон. Два брата не поделили престол. Но так казалось лишь до тех пор, пока одна из сторон не понесла поражение. И вот тогда начались необъяснимые странности…
Я говорил долго.
Говорил зло, жестко, беспощадно.
И потому я говорил и говорил…
А Тарис молчал и молчал… лишь изредка я слышал странное глухое ворчание…
Некромант не перебил меня больше ни единого раза. А когда я проговорил последнее слово и замолк, с «той» стороны донесся неизбывно радостный смешок:
— Корис… ты не можешь этого знать, но мой учитель, тот самый наставник, первый из первых, самый древний Раатхи и прочая и прочая, с родовой историей куда древнее, чем династия Ван Санти… так вот, вы с ним очень похожи.
— Похожи?"
"— О да. Знаешь, эти ваши странные слова, звучащие словно бы и к месту, но настолько малопонятные. Вы оба приплетаете к обычной, простой речи мудрые высказывания, и вы оба стараетесь прочесть между строк. Странно… вы кажетесь для меня настолько схожими, что еще немного и я приму вас за родичей… Так вот, мой учитель, которого я настолько сильно люблю, что вот уже столетия мечтаю вырвать его выспреннюю лживую глотку… он постоянно меня поучал, постоянно повторял: «мысли шире, мысли глубже, мысли выше…».
— Пять дней?
— Я дам тебе пять дней мира, Корис. И я дам тебе бой. В тот миг, когда я прорву твою оборону, когда я перейду через твои рубежи, если захочешь, то мы с тобой сойдемся в небольшом и очень личном поединке. Только не забудь прихватить с собой столь драгоценный для меня медальон.
«Он сумасшедший?..» — снова мелькнуло у меня в голове.
