— Все так…
— Но кинжал уничтожать не собираетесь… — констатировал я, верно истолковав выражение изборожденного глубокими морщинами лица. — Почему? Только на этот раз я хочу услышать правду.
— Давно… очень давно, когда я только-только вышел из стен Магической Академии и был преисполнен счастьем и радостью молодого боевого мага, женатого на очаровательнейшей девушке… тогда случилось нечто, что навсегда перевернуло мою жизнь и стерло из нее все светлое. Тогда я потерял свою беременную жену, бывшую уже на седьмом месяце…
— Она погибла…"
"— Погибла от моих рук.
Я убил ее. Сжег собственным даром, вместе с двумя сотнями прочих ни в чем неповинных людей. Я уничтожил целую деревню. Старики, мужчины, женщины, дети… и моя жена с моим сыном в чреве. Я убил их всех и самым жестоким образом. Я сжег их заживо! Ты, мальчишка, все время твердишь столь мудрые слова, как: «поставь себя на мое место». Лучше ты поставь себя на мое место! Представь, как с твоих рук срывается огненный сноп, сжигая близкого тебе человека! Представь корчащиеся в муках детские лица и воющих матерей, объятых беспощадным пламенем, но все еще тянущихся к своим умирающим детям! И представь, что все это дело твоих рук! Представил?! Поставил себя на мое место?! — почти выкрикнул изможденный старик, мирно горящий костер с ревом превратился в огненный столб, заставив меня отшатнуться.
— Нет, — тихо признал я. — Такое невозможно представить. Только пережить самому. Поэтому вы и подались в лоно церкви, святой отец?
— Да… только там мой балансирующий на грани безумия разум сумел удержаться и не рухнуть в бездну.
И только поэтому я не наложил на себя руки. Священники умеют утешать, умеют унять скорбь. Долго рассказывать, с чего все началось тогда, но теперь ты знаешь, чем все закончилось — выжженным пепелищем и редкими обугленными костьми. От моей жены и нерождённого ребенка остался только прах, смешавшийся с черной землей и золой. Мне нечего было хоронить… некого было поцеловать на прощание.
— Никакие слова мира не сумеют утешить пережившего такое человека.
Это страшно. Поэтому я не буду и пытаться, хотя, видит Создатель — я сочувствую. Но при чем здесь проклятый темный артефакт?
— Ни при чем. Это лишь приманка для человека, по чьей вине все это и случилось. Именно его деяния привели к трагедии и заставили меня стать палачом для собственной семьи. Помнишь, я рассказывал тебе историю про небольшое селение, где все жители до единого стали нежитью? И про священника, порабощенного кинжалом?
— Такое не забудешь.
6
0
