21
0
– Мама еще до рассвета ушла помогать папе отелиться нашей корове, так что они позавтракают позже, – говорю я, быстро орудуя тремя сковородками. Так процесс выпекания блинов длится намного меньше, а я просто жажду заткнуть рот господину хаму, пусть и едой.
– Ого! Я хочу поучаствовать! Ну и помочь, если надо! Потом позавтракаю, Лил, – тут же вскакивает Саид, к моему величайшему ужасу, оставляя меня наедине со своим братом.
– Он в детстве мечтал стать ветеринаром, – смотря ему вслед, говорит Аслан.
А потом на кухне воцаряется мертвая тишина, в которой я занимаюсь своим делом, спиной чувствуя на себе прожигающий взгляд этого невыносимого человека.
Аслан
Вот ведь маленькая мегера! При Саиде ее не заткнешь, а при мне и рта не раскроет! Вернее раскроет, да только вылетают из этого капризно изогнутого ротика одни упреки да ругательства.
Невольно залюбовался ловкими движениями ее рук, которые только и успевают, что переворачивать да заливать новые порции блинов. В очередной раз удивляюсь тому, что, будучи дочерью такого небедного человека, причем единственным ребенком, она столько всего делает по хозяйству.
– Вот хитрюга! Понял, что папы нет? – отвлекает меня от моих мыслей голосок нахалки, полный ласки и нежности. – Прибежал на запах блинчиков? Держи мой мальчик!
Взяв с блюда нежный, смазанный сливочным маслом, блин, воркует она, присаживаясь на корточки и беря на руки этого своего наглого зверька.
Выпрямившись, Лила выключает плиту и положив блюдо с готовыми блинами на стол передо мной, ловко наливает мне чай, к счастью, на этот раз сумев удержать чайник в руках. Мой взгляд невольно падает на зайчонка, который, удерживая двумя лапами, жадно уплетает угощение, не сводя с меня своих черных глаз-бусинок.
– Приятного аппетита! – говорит хозяйская дочка, не заметив наших переглядываний со своим зверьком, а потом разворачивается, явно собираясь уйти.
– Сядь и поешь, – неожиданно для самого себя требую я.
– Нет, я…
– Если бы все не пошли к этой корове, ты бы сидела сейчас за этим столом, так что ешь свой завтрак в привычном для себя режиме. Или может ты стесняешься?
– Кого это? Вас? Еще чего! – фыркает эта заноза, с высоко поднятой головой проходя на свое привычное место.
Правда, ей приходится снова встать, чтобы налить себе чай, что немного портит впечатление, и я с трудом сдерживаю, растягивающую губы, улыбку.
