5
0
Я отвернулась от компании неприкосновенных и попыталась сосредоточиться на уроке. К тому же, Аодхэн сегодня лютовал, словно с цепи сорвался. Ядовитая паутина, жалящие заряды и крошечные, но опасные молнии носились по аудитории, оставляя следы на одежде и повергая студентов в ужас. Правда, доставалось в основном той самой компании, на которую я пыталась не смотреть. Вандерфилд разрушал все атаки преподавателя с легкостью, заклинания произносил четко, ни разу не запутавшись. Пришлось признать, что ночные развлечения не сказались на способностях студента, а жаль. Ривз пару раз сплоховал и заработал молнию, Магма едва отбилась от паутины. Алиссия разрушала чужие чары с вежливой улыбкой, чем злила и меня, и, наверное, Аодхэна."
"Задние ряды, и меня в том числе, преподаватель сегодня не трогал, но бдительности мы не теряли.
Из аудитории студенты выползали промокшие, как после длительной и изнурительной пробежки. Волосы у многих стояли дыбом, от одежды пахло гарью и пеплом. Но никого это не смущало, напротив, все живо обсуждали, кому удалось отбиться, а кто сегодня оплошал.
Компания неприкосновенных вышла первой.
Я посмотрела им вслед и отвернулась, увидев взгляд Алиссии. По коже пробежал неприятный холодок: смотрела девушка недобро. Впрочем, иного я от нее и не ожидала. Но миг — и студентка отвернулась, положила ладонь на локоть Эша.
Вандерфилд в мою сторону не посмотрел ни разу.
* * *Ключ от комнат нанимателя снова принесла «девушка с бантом».
— Эш велел убрать, — буркнула она, поймав меня между уроками.
Я промолчала о том, что Вандерфилд мог и сам отдать мне это проклятый ключ. Несколько раз мы виделись в коридорах академии. Но, похоже, вне стен своих комнат общаться белобрысый сноб не желал. И приближаться ко мне — тоже.
Ну и хорошо, мне же легче!
К счастью, когда я пришла, хозяина в комнатах не было и, несмотря на впечатляющий погром, порядок я навела довольно быстро. Помыла полы, вытерла пыль, собрала мусор. Скривившись, застелила свежим бельем постель, стараясь не думать и не представлять, что могло происходить на ней после моего ухода. Надо же, династический брак! Вандерфилды и Хилширы! Две самые влиятельные фамилии в Королевстве. Неудивительно, что их дети с рождения уготованы друг другу. Правда, Эш и Алиссия, кажется, совсем не против такого положения дел.
— У меня для тебя сюрприз, милый! — противным голосом передразнила я, выбивая до летящих перьев подушку. — Гадость какая!
На столе снова оказались свалены в кучу учебники и тетради. Я несмело открыла одну. Оказывается, у белобрысого гада очень красивый почерк. Ровный, резкий, с каллиграфическим наклоном и угловатыми хвостиками. Мои тетради можно принять за каракули ребенка, а Вандерфилд пишет так, что залюбуешься.
