5
0Хотя деньги ведь теперь есть… можно обойтись и без вынужденных подработок!
— Ты меня слушаешь, Котловина? Доклад нужен через неделю.
— Угу, — буркнула я. — Давай потом поговорим, ладно? Я пока не позавтракаю, совсем ничего не понимаю. Потом!
Сбежала от рыжего и в столовую вошла с опаской. Но никого из неприкосновенных там не было.
* * *За своими переживаниями я совсем упустила из вида Томаса. Последнее время у нас не было времени на разговор. И еще он перестал ходить на материализацию. И если поначалу я объясняла это нежеланием светить фингалы перед Тензией, то вскоре засомневалась. А на мой вопрос Грейс удивленно подняла брови.
— Ты не знаешь? Грин перешел к другому преподавателю. У нее по материализации он получил отлично, пора дальше двигаться.
— К другому? — изумилась я. Хотя, что тут странного, Томас не может вечно торчать в мастерской и притворяться неумехой. Но почему он мне ничего не сказал?
Наверное, пытался, но я была слишком занята… Вандерфилдом! И занятия наши забросила!
Раскаявшись и обругав себя за черствость, я помчалась искать Томаса. Нашла парня в коридоре на третьем этаже, правда, не сразу признала. Вместо прилизанных гелем волос на голове Томаса красовалась короткая стрижка. Такая же, какую носил Вандерфилд.
— Ох, ты подстригся, — удивилась я. — Тебе идет! Как рука?
— В порядке, срослась. Я же говорил, ничего страшного, подумаешь! — студент посмотрел растерянно и почему-то виновато.
— Томас, я за тебя переживаю.
— Все в порядке, честно! Я тут… познакомился кое с кем."
"Я улыбнулась. Ну конечно! Та худышка с Костров!
— Она очень милая, — похвалила я.
— Она чудесная, — просиял парень. — Учится на законоведа, умная! И знает много!
— Просто прелесть. Значит, Тензия в прошлом? — поддакнула я.
Томас покраснел и сгорбился, снова становясь собой.
— Тензия? Хм… Знаешь, Аддерли, я подумал, что надо пообщаться с кем-то, кто увидит во мне не только ученика. Или… друга.
Я моргнула. А это он сейчас о чем? Вернее, о ком?
Приятель поправил ремень сумки и быстро ушел, а я осталась размышлять.
Настроение почему-то испортилось. На уроках я была невнимательна, умудрилась несколько раз перепутать слова чароита, забыть заклинание изменения жидкого вещества в твердое и даже заработать еще два штрафных балла за рассеянность.
Мысли постоянно возвращались то к подслушанному ночью разговору, то к белесому существу, бродящему по ВСА, то к Эшу и тому, что между нами случилось. И я никак не могла понять свое отношение к этому. От картинок в моей голове горели щеки и тело тряслось в странном лихорадочном ознобе. И я или плавилась от эмоций, или пугалась последствий.
«Это не должно повториться», — пообещала я себе, устав от изматывающих эмоциональных качелей.
Не должно!
* * *«Описание эксперимента.
