Королевская кровь 10. Стальные небеса

Их обучали справляться с даром, селили в павильонах императорского дворца, среди покоя и гармонии, чтобы дар не расходовался по пустякам, и обучение занимало многие годы, прежде чем провидицы могли выйти обратно в мир и не сорваться в очередной приступ. Иначе была опасность сгореть, не выбравшись из транса.

И эта девочка тоже сгорит, если ей не помочь.

Настоятель Оджи строго оглядел прибывающий народ и тихо, но так, что услышали все, попросил:

— Разойдитесь.

И вот чудо — толпа безо всякого ментального принуждения начала рассасываться. Только драконы продолжали будить спящих охранников.

Тидусс заметил оставшегося на месте Вея, чуть заметно кивнул.

— Послушник Вей Ши. Знаешь, что делать?

— В теории да, — честно признался наследник, прикрывая глаза от очередной стихийной волны.

— Тогда сначала попробую я, — настоятель приложил пальцы к виску девчонки, закрыл глаза и зашевелил губами в молитве. Сейчас он, наверное, единственный, кроме Вея, мог коснуться провидицы в трансе и не заснуть.

Гостья Мастера вдруг тяжело вздохнула и затараторила по-тидусски:

— Смерти смерть, тысячи лет, ворон в клетке, покоя нет, мир сиротой, если выйдет, придет с войной, закончить войну, но умирает, нет сил одному, двое идут, и вы придите на могилу к нему, поклонитесь, дети духов, дети нищей земли, помолитесь, дайте сил, пусть…

Она захлебнулась словами, закашлялась, заговорила по-инляндски, описывая тьму чудовищ и чудовищ сверх них, и змей, ползущих с востока на запад.

— Тяжело. Глубоко ушла.

— Я попробую, — проговорил Вей Ши. — Сейчас…"

"Он вжал большой палец в центр лба девчонки — глаза с дрожащими зрачками смотрели прямо на него.

…и провалился в Пьентан, полный трупов и крови. На улицах прекраснейшего города мира не осталось живых. Вей в ужасе повернулся в сторону императорского дворца — тот горел, и столб черного дыма поднимался к тихим небоскребам, связанным тонкими ажурными мостиками, стелился над прекрасными каналами. За его спиной раздался звук шагов, и он снова развернулся.

Светловолосая кудрявая девочка, которую он столько раз рисовал, шагала мимо, как механическая кукла, — одета она была в то же цветастое платье, что и у храма в Тафии, глаза ее были широко раскрыты, по лицу текли слезы.

— Эй, — позвал он тихо.

Она посмотрела сквозь него, всхлипнула, помотала головой.

— Девочка, — уже громче сказал он. — Я здесь.

— Я вижу, — жалобно проговорила она, снова огляделась и передернула плечами. — Но ты мне все равно не поможешь. Ты мне кажешься. Или снишься.

— Почему? — недоуменно спросил Вей.