Королевская кровь 10. Стальные небеса

Привыкну, что снова жив. Голова кругом идет.

— Ты ведь не умрешь больше? — жалобно попросила я.

— Я очень постараюсь, детка, — пообещал он с иронией, — мне это тоже не доставило удовольствия.

Глаза мои снова защипало.

— Я виновата, — сказала я сдавленно.

— Нет. Даже не думай об этом.

— Я на тебя наорала.

— В общем-то, за дело, Марина. Мне стоило подумать о тебе.

— Ты теперь будешь меня бояться?

— Я люблю опасность, — прошептал он мне на ухо, сжимая крепче, и хриплый шепот его, как раньше, заставил меня дрожать. Я потянулась к нему и, вдруг вспомнив, что мы не одни, оглянулась.

Палата была пуста. И тогда я вспомнила кое-что еще.

— У нас будет двойня, Люк. Двое сыновей.

Он заморгал и посмотрел на меня. И молчал, наверное, секунд десять.

— Черт, — наконец с неповторимым изумлением сказал мой муж, — это мне всегда придется делить тебя с еще парочкой парней?

* * *Мы молчали, крепко обнявшись, то и дело касаясь друг друга губами. Мне было легко. В этот момент казалось, что больше ничего плохого с нами не может случиться.

Далеко над фортами вдруг вновь загрохотали орудия, и Люк, расслабленный, почти дремлющий, пошевелился.

Посмотрел на меня.

— Странное ощущение, — проговорил он с той же задумчивостью, какую я уже видела в нем: словно он вслушивался в себя. — Будто кто-то посягает на то, что принадлежит мне. И мне это не нравится.

Новый цвет его глаз меня и пугал, и завораживал. Как и нечто непривычное, иное, проявляющееся в нем все сильнее.

— Иди, — сказала я тихо, хотя мне хотелось вцепиться в него и кричать ""не уходи"". Но он был нужен не только мне.

Он сжал меня крепче, поцеловал виновато в висок. С трудом поднялся и, шатаясь, пошел к окну, окутываясь серебристым сиянием.

— Я вернусссь к тебе, — пообещал он, повернувшись от окна.

— Я буду ждать, — сказала я кротко и пошевелила ногой с обвитой вокруг нее сапфировой нитью.

Глаза его вспыхнули белым, Люк застыл. Усмехнулся, отвернулся и распахнул створки. Взвыл ветер — и мой муж выпрыгнул наружу, а через секунду послышался шипящий рев и вдоль окна пронеслось ввысь длинное змеиное тело.

Я сидела, глотая слезы — когда мой взгляд упал на часы. Было без двадцати десять, и я поспешно выскочила в приемное."

"Мартина и Викторию я застала в одной из гостиных — они, рассевшись по разным углам, пили молоко из кувшинов и разговаривали по телефонам.

Времени оставалось совсем мало. Я, то и дело прислушиваясь к канонаде, успела торопливо рассказать им все, что знала про лорда Тротта, велеть принести сюда упаковки с молоком, попросить приходить ко мне, как будет возможность, обнять Марта, крепко пожать руку Виктории. Возможно, мы никогда не станем подругами, но я видела, как она бросается защищать Мартина и готова была полюбить ее только за это.