5
0
— Я уверен, что важно, — ответил он, уже догадываясь, что речь может идти об одном из ее рисунков-видений. Ему о них сообщила Владычица Ангелина, попросив особо приглядывать за сестрой, пока не появится возможность нанести визит Хань Ши.
Каролина протянула ему лист бумаги, и Мастер, взмахом руки попросив у одного из охранников светильник, приподнял его и всмотрелся в рисунок.
На нем был изображен он, Чет: лежащий, запрокинувший голову, он пытался встать и не имел сил это сделать, заливаясь кровью из многочисленных ран — на груди, на лице, на голове. Художница с беспощадной точностью вырисовала испарину на теле, и влажные волосы, и исхудавшее лицо с провалившимися от усталости глазами, полными постбоевого экстаза и боли, и полубезумный оскал-улыбку, и руку, бессильно вытянутую к зрителю.
В руках он сжимал свои клинки, тоже покрытые этой слизью, — один из них, что уж совсем невероятно, был обломан. Нет — Четери присмотрелся внимательнее — срезан. Неужели есть где-то оружие, способное разрушить клинки, выкованные им из собственной ауры, являющиеся его частью?
— Они не всегда сбываются, — виноватым шепотом попыталась ободрить его принцесса.
— Конечно, не всегда, — проговорил он с мягкостью. — Будущее — это сбывшееся из бесконечного числа несбывшегося. Самое вероятное и видят такие, как ты, маленький огонек разума. И знаешь, зачем нужно обязательно рассказывать о плохом?
— Зачем? — завороженно и тихо спросила Каролина.
— Чтобы дать тому, кому выпало предсказание, возможность изменить будущее. Если он хочет.
— Но разве это возможно? — В голосе юной художницы зазвучала взрослая горечь, и Чет задумался, сколько же всего увиденного она несет в себе, боясь показать и рассказать.
— Ты грустишь из-за дара, — сказал он, не спрашивая, и принцесса тяжело взглянула на него. — Не нужно. Любой дар — это клинок, который можно направить как во зло, так и во благо. Тебе просто нужно научиться властвовать над ним.
— Я бы хотела, чтобы я была совсем обычной и ничего такого не умела, — буркнула принцесса совсем тихо.
— Не нужно, — Чет улыбнулся. — Твой дар — это часть тебя. Без него ты будешь кем-то другим. А судьба очень не любит, когда человек пытается быть кем-то другим, Каролина.
Принцесса совсем опечалилась, и Чет поспешил ее приободрить:
— Ты спрашиваешь, возможно ли изменить будущее. Не все возможно изменить. Какие-то события неизбежны, они как гвозди, которые держат ткань бытия, — выдерни гвоздь, и мир рухнет. Но, благодаря твоему дару, все можно попытаться изменить. Спасибо тебе. — Он торжественно поклонился ей. — Ты правильно сделала, что показала мне.
— Правда? — Лицо ее просветлело. — Хорошо.
