Мыльная сказка Шахерезады

Весть о том, что Ирина осуждена за уголовное преступление, ошеломила мать. К сожалению, в тот момент, когда девушку арестовали, ее родители находились в Америке, в Москве оказалась лишь Кира Алексеевна. Поэтесса сочла обвинение ерундой. Ну, вытащила девочка в метро кошелек из сумки старушки, но ведь она честно объяснила следователю:

– Мы поспорили с подружкой, что я незаметно смогу взять портмоне. Я не хотела красть, мы просто пошутили.

Кира Алексеевна совершенне искренне считала внучку ни в чем не виноватой, полагала, что за глупость не сажают. Ну, пожурят дурочку, наложат штраф, незачем сообщать сыну и невестке неприятную весть, все уладится без их помощи. Сколько раз Кира Алексеевна скрывала от родителей «подвиги» их дочурки! О скольких безобразиях Ирины они никогда не узнали?! Ира утащила у одноклассницы часы? Бабушка купила потерпевшей новые. Ирина порезала ножом сумку учительницы по химии? Кира тут же притащила несколько дорогих сумок, и преподавательница не подняла шум. После того как Ирина заглянула к соседке за солью, у той пропала большая сумма денег? Кира Алексеевна возмутилась до глубины души: ее внучка не способна на такой поступок. Но на всякий случай возместила убыток.

Случай в метро не рассматривался ни бабушкой, ни девочкой как серьезный. Шутка, глупость, забава. Назначенный суд – чистая проформа. Ирина была настолько уверена в своей безнаказанности, что сказала подружкам:

– Вы без меня в кино не ходите. В десять утра мне мораль прочитают, как раз успеем на сеанс в полдень.

Но на фильм в тот день девочки пошли без Соловьевой. Иру заключили под стражу.

– Бабушка, разберись, – закричала девушка, когда ее уводили милиционеры, – какая-то чепуха получается!"

"И только тогда Кира Алексеевна решилась сообщить правду родителям. Ни Алексей Михайлович, ни тем более Ариадна, ни многочисленные знакомые академика не смогли ничего сделать. К моменту возвращения Соловьевых в Россию приговор вступил в законную силу. Ирине исполнилось восемнадцать лет. Бабушке внучка казалась малышкой, но по закону девушка считалась взрослой и срок отсиживала в обычной, не детской, колонии.

Ариадна сложила пальцы в замок, хрустнула суставами и без особых эмоций произнесла:

– Кира неправильно воспитала мою дочь. Она никогда не наказывала ее, во всем ей потакала, баловала и не почуяла опасность. Никакой моей вины в случившемся нет. Я честный человек, никогда не взгляну на чужие вещи, а как выяснилось, Ирина таскала игрушки и деньги с детского сада. Свекровь считала, что это пройдет.