Машенька и опер Медведев

Делает глубокий громкий вдох и выдает ледяную ядовитую тираду:

- По лицу надо еще заслужить, Михаил Егорович. По лицу можно только своего мужчину ударить. Поэтому, простите за пощёчину, я дала Вам ее неправомерно. Я была неправа.

- Да-а-а?... - сводит меня. - Теперь будешь ушастому своему пощечины отвешивать?

- Тихо! - шикает на нас кто-то из темноты.

Мы оба затыкаемся. И рвано громко дышим в темноте.

- Пусти...

- Сиди! - цежу сквозь зубы.

Ну, и что делать с ней? Нос мой утыкается в волосы, куда-то за ушком. Челюстью чувствую её обнаженное плечо. Ее задница съезжает прямо мне в пах. В глазах темнеет от мощного толчка крови в направлении этой задницы.

Гашу мучительный стон. Это еще от тестостерона меня так бомбит. Разогнала меня Машенька, хрен притормозишь!

- Ну, рассказывай, подружка... - гневно шепчу ей в ухо.

- Что рассказывать? - отталкивает меня руками в плечи.

- Свадьба когда?

- Какое Вам дело?

- Это ты к нам двоим обращаешься? - сдергиваю её руку с плеча и впечатываю ладонь в свою ширинку. - У нас обоих к тебе много вопросов!

На нас опять шикают, но мне похрен сейчас, я готов на сцену её вытащить и там выяснять отношения!

Мне опять вскользь прилетает по щеке.

- Вау! Снова свой? Какая честь! - выплескивается из меня тоже яд. - Сколько же у Вас ""своих мужчин"", девушка? Зайка-то в курсе, что не единственный ""свой""?

- Не смей так со мной говорить!

- А я думал ты кайфуешь, когда борзят. Или заяц снова в фаворе по какой-то иной причине?

- Ты - последний, перед кем я буду объясняться!

- Мм... А чего так? Кончать ты со мной не обламывалась, а объясниться тебе передо мной стрёмно?

Выдернув руку, закрывает лицо ладонями. Замирает. Чувствую, как судорожно вздрагивают ее плечи.

Это резко отрезвляет.

Медведев, ты совсем без башки!... Ты чего беспределишь? Девчонка же совсем. А ты взрослый здоровый мужик!

Вынесла, зараза такая, так, что все края потерял!...

Бережно обнимая за талию, прижимаю, укладывая щекой к себе на плечо.

Не выношу женских слёз! Сразу чувствую себя слабаком, который не может решить проблему. Но с ней не только это. С ней - еще невыносимо щемит в груди. И хочется утешать, каяться и обещать что угодно.

- Чего плачешь-то? - срывается мой голос. - Это мне плакать надо.

- Потому что... - задыхается она, пытаясь говорить тихо. - Я не хотела об этом сожалеть.

Да чёрт побери тебя!

Снова она переворачивает у меня внутри с ног на голову. И теперь мне стрёмно, что она воспринимает всё, что между нами было как грязь.

Ты зачем приезжал-то сюда, Медведев?

А хрен его знает... Эта информация где-то в голове. А голову мою снесло на подходе от её переписок с этим Никитой. Теперь уж не отыщешь.

- Извини... - кладу ее руку на своё взбесившееся сердце. - Я не хотел. Или хотел...