Княжий венец

Что делать будем с ней и с Джанибеком?

- А ты что думаешь?

- Зависит от того – хочешь ли ты еще их брака или он уже не нужен?

Велеслав замолчал на несколько секунд, взвешивая обстоятельства. С практической точки зрения в этом браке уже надобности не было. Но в потухшие, словно холодом скованные глаза сестры ему было больно смотреть. Хотя она храбрилась изо всех сил и упорно твердила, что просто передумала.

- Я счастья сестре хочу. Выгода мне не так важна.

- Вы советуйтесь, а я пойду, пожалуй, - воевода поднялся с кресла, разом заполняя могучей фигурой пространство, - мне ваши интриги не интересны.

Свою судьбу я уже поймал.

- Еще неизвестно – кто кого поймал, - ухмыльнулась Яра, с любовью глядя на мужа. И в первые за долгое время Велеслава не кольнуло чувство зависти к чужому частью. У него теперь было свое. Нежное, с фиалковыми глазами. Оставалось только его вернуть.

Глава 53.

Казалось, весь Миргород высыпал на крепостные стены, чтобы проводить своего князя. Никто не знал, что будет, но добра от валоров не ждали. Поначалу хотели тайной поездку сделать, но взбунтовалась Яра: люди должны знать, что происходит.

Сопричастность – тонкая штука, но объединяет почище любой обязаловки. А кроме того, если все пойдет по худшему сценарию – жители немедля встанут в оборону. Только оружие раздать. Хотя многие уже стояли на каменных стенах с рогатинами и топорами."

"Хмуро и молча провожал город своего князя. Белоснежный жеребец ярко выделялся на фоне наступающих сумерек. Ярко-синий плащ, казался частичкой неба, что упала на широкие мужские плечи. Прямая спина, гордо посаженная голова с венцом, что тускло сиял в густых темных волосах – любили миргородцы князя, хоть и уважали за крутой нрав.

А сейчас сочувственно и с тревогой смотрели вслед. Хотя кое-кто глядел в сторону валорского лагеря, сердито сжимая губы и кулаки. У-у-у, морда душегубская! Только попадись под руку.

Как и обещал, Велеслав выехал из ворот города один, не оглядываясь. Ехал навстречу закатному солнцу, что сердито окрашивало серые тучи в зловещий кроваво-красный цвет.

Горожане, посвященные в происходящее нужными слухами, были целиком на стороне своего правителя. Многие горячие головы рвались даже пойти вслед и показать этой «морде валорской» небо с овчинку.

Виданное ли дело – князю отказывать? И чем не по нраву пришелся? Чего удумал тать иноземный? Люди со двора княжьего сказывают, что невеста наша – девка скромная, хоть и красивая до одури. Значит не она ногами топает. Хотя желание девушки в женитьбе дело последнее – все одно, радостно, что она нос от «нашего» не воротит. Вроде даже и любовь меж ними случилась, да оно и не удивительно – эвон князь видный какой! Баяли, что сама княгиня Дивляна ее приняла тепло и по-матерински.