4
0Хотя я порядком перенервничал в тот вечер, но уснул довольно быстро. Глубоко и без сновидений.
Среди ночи я вдруг проснулся. Мне послышалось, что где-то вдалеке зазвенели колокольчики проезжавших саней, напомнив звуки рождественских мелодий.
Откуда здесь сани с колокольчиками?"
"Я сел на диване, пошарил по столику, пытаясь нащупать часы, которые снял с руки перед тем, как улечься. Светящиеся стрелки показывали полвторого. Что-то крепко я заснул – и не думал, что просплю так долго. Я сидел и напряженно прислушивался, но ничего не услышал. Только сердце напоминало о себе отрывистыми, еле слышными толчками в груди. Показалось, наверное. А может, приснилось? На всякий случай я решил осмотреть дом. Натянув брюки, на цыпочках двинулся в кухню. За пределами комнаты звон стал отчетливее. Точно – как колокольчики на санях. Звук, похоже, шел из комнаты Корицы. Я постоял немного у двери, напрягая слух, потом постучал. Видно, пока я спал, Корица вернулся. На стук, однако, никто не отозвался. Чуть приоткрыв дверь, я через щель заглянул в комнату.
В темноте, примерно на уровне пояса, плавал светящийся белый квадрат. Это был включенный монитор, а разбудивший меня звон колокольчиков раздавался из динамика компьютера. (Какой-то новый сигнал, раньше я его не слышал). Меня вызывал компьютер. Как сомнамбула, я сел напротив излучавшего сияние экрана и прочел:
Доступ к программе “Хроники Заводной Птицы” открыт.
Выберите документ (1-16).¶
Кто-то включил компьютер и открыл доступ к документам – «Хроникам Заводной Птицы». Кроме меня, в доме никого быть не должно. Выходит, систему привели в действие извне? Если так, то это мог сделать только Корица.
«Хроники Заводной Птицы»?
Легкий, мелодичный перезвон, напоминавший переливы колокольчиков на скользящих по снегу санях, не смолкал. Утро на Рождество, да и только. Похоже, меня торопили с выбором. Поколебавшись немного, я выбрал «восьмерку» – просто так, без всякой причины. Компьютер тут же затих, и на экране, словно свиток, развернулся выбранный документ.
28. Хроники Заводной Птицы № 8
(или Опять палачи поневоле)
Ветеринар поднялся, когда еще не было шести, умылся холодной водой, приготовил завтрак. Летом светало рано, и большинство зверей в зоопарке уже проснулись. Из окна, как всегда, доносились их крики, ветер приносил запахи. Этих звуков и запахов ветеринару было достаточно, чтобы, не глядя за окно, точно сказать, какая погода на улице. Так повторялось каждое утро и вошло в привычку. Так он встречал новый день: послушает, вдохнет утренний воздух – и вперед.
Но сегодняшний день – не такой, как всегда. Он не может не быть другим.
