4
0
«Странно, – думала Мускатный Орех. – Я исцеляю других людей. Корица исцеляет меня. А кто же исцеляет Корицу? Неужели он – вроде „черной дыры“? Один поглощает все горести и страдания, все одиночество?»"
"Только однажды Мускатный Орех попробовала понять, что творится в душе сына, положив руку ему на лоб, как она делала со своими клиентами, но ладонь ничего не ощутила.
Мускатный Орех начала все чаще думать о том, чтобы оставить «практику». «У меня уже не так много сил. Если я и дальше буду этим заниматься – потеряю последние. Сожгу себя без остатка». Однако люди очень нуждались в ее «примерках», и она не могла просто так, ради собственного удобства, бросить клиентов.
И вот в тот год, летом, Мускатный Орех отыскала себе замену. Она поняла это сразу, как только увидела родимое пятно на лице парня, сидевшего на скамейке перед зданием в Синдзюку.
19. Глупая дочь жабообразных родителей
(Рассуждения Мэй Касахары. Часть 5)
«Привет, Заводная Птица!
Сейчас полтретьего ночи. Мои соседки спят как убитые, а мне что-то не спится. Сижу и пишу. Сказать по правде, бессонная ночь для меня – такая же редкость, как борец сумо в беретике. Обычно подходит время – и я сразу вырубаюсь, а когда вставать надо, так же просыпаюсь, сама. Будильник есть, но я им почти не пользуюсь. Хотя иногда просыпаюсь посреди ночи и не могу спать – хоть тресни.
Буду сидеть за столом и писать, пока спать не захочется. Может, хоть так засну. Так что не знаю, какое письмо выйдет – длинное, короткое… Да у меня всегда так, не только сейчас. Не знаю, что получится, пока до конца не допишу.
Я вот что подумала. Как живет большинство людей? Думают, что жизнь и мир, в котором они живут, в основном, от начала до конца, устроены логично и последовательно (или, по крайней мере, им кажется, что так должно быть). Бывают и исключения, конечно, но мне часто приходит в голову эта мысль, стоит только с соседками поболтать. Вот, например, случилось что-то – для общества важное или для какого-нибудь человека, – люди говорят: „Это произошло потому-то и потому-то“. И почти всегда все соглашаются: „Ах, вот оно что! Ясное дело“. Ясное-то оно, может, и ясное, да вот что непонятно. „Было так, теперь станет этак“ – это же ничего не объясняет. Разве нет? То же самое бывает, когда готовишь тяванмуси[56] в микроволновке. Ставишь в нее горшок, нажимаешь кнопку, дзинь! – открываешь крышку и еда готова. А что происходит в промежутке между включением печки и этим самым „дзинь“? Что творится там, под крышкой? Никто не знает.
