4
0Вот оно – самое главное! Ключ в этой непроглядной тьме. Смахивает на урок кулинарии по телевизору: «Итак, главное в этом рецепте – полный мрак. Надо, чтобы он был как можно гуще». «А бита как можно крепче», – подумал я и чуть улыбнулся в темноту.
Пятно на щеке понемногу стало теплеть. Оно давало знать, что разгадка всего, что происходит со мной, становится ближе с каждым шагом. Я закрыл глаза. В ушах засела мелодия, которую за работой все утро слушал Корица. «Музыкальное приношение» Баха. Оно звучало в голове, напоминая приглушенный шум голосов в зале с высокими сводами. Но вскоре все стихло, и тишина стала забираться в мозговые извилины, как насекомое, откладывающее яйца, охватывая один участок мозга за другим. Я открыл глаза, потом опять закрыл. Тьма смешалась, и я начал постепенно отделяться от своей телесной оболочки.
Все было как всегда.
16. Может статься, что дороги дальше нет
(Рассуждения Мэй Касахары. Часть 4)
«Привет, Заводная Птица!
В прошлый раз я закончила на том, как устроилась далеко в горах на фабрику, где делают парики, и стала там работать вместе с местными девчонками, которых здесь много. Теперь слушай дальше."
"Ты знаешь, у меня в последнее время внутри все закипает, когда подумаешь, что люди вот так, с утра до вечера, работают, не покладая рук. И так каждый день. Чудно малость, тебе не кажется? Как бы это сказать?.. Вся моя работа здесь – делай, как начальство прикажет. Думать ни о чем не надо. Как будто перед началом рабочего дня запираешь мозги в шкафчик, а под конец достаешь обратно и идешь домой. Сидишь семь часов за столом, втыкаешь в парик волосы, потом обедаешь в столовой, моешься, потом глядишь – все уже спать ложатся. Вот и выходит: в сутках двадцать четыре часа, а на себя времени совсем не остается. Так устаешь от работы, что почти все „свободные часы“ лежишь на койке, как в тумане. Посидеть спокойно, подумать – и не мечтай. В уикенд, конечно, не работаем, но тут стирка, уборка… сходишь куда-нибудь в город – глядь, выходные и кончились. Решила вести дневник, но что в него писать? Через неделю забросила. И так день за днем, день за днем одно и то же.
Но хоть так все и вышло, я как бы приросла к этой работе и ничего против нее не имею. Не похоже, чтоб я от жизни оторвалась. Кажется даже, что из-за того, что я пашу здесь без роздыху, как муравей, я постепенно приближаюсь к „себе настоящей“. Не знаю, как бы получше объяснить… но, похоже, когда о себе не думаешь, все ближе к себе становишься. Вот почему я сказала „чудно“.
На работе я изо всех сил стараюсь. Не люблю хвастаться, но мне даже звание присудили – „Лучшая работница месяца“.
