4
0Очень волнуется, что ты пропала. Ночь на дворе, а тебя нет дома, и у нее нехорошее предчувствие. Она просила сказать, чтобы ты сразу дала о себе знать, если я тебя увижу.
– Понятно. Спасибо за труд.
– Тогда, может, вылезешь наверх? Мне надо поговорить с тобой.
Крита не ответила.
Я выключил фонарь и убрал его в карман.
– А может, Окада-сан, вы сюда ко мне спуститесь? Посидим, поговорим.
«А что, пожалуй, неплохая идея: спуститься опять в колодец и начать там с Критой разговоры», – подумал я, но при одной мысли о стоявшем в этой дыре затхлом мраке почувствовал тяжесть в желудке.
– Да нет. Мне что-то больше не хочется. И тебе лучше оттуда вылезти. А то кто-нибудь снова вытащит лестницу. Да и воздух там спертый.
– Знаю. Но я хочу посидеть здесь еще немного. Не волнуйтесь за меня.
Н у, не хочет человек вылезать, что поделаешь…
– Когда я говорил с твоей сестрой, я ей не сказал, что тебя здесь встретил. Ничего? Мне почему-то показалось, что об этом лучше промолчать.
– Вы правы. Пожалуйста, не говорите сестре, что я здесь, – сказала Крита Кано и, чуть помолчав, добавила: – Не хочу ее расстраивать, но мне ведь тоже иногда надо подумать. Вот закончу – и сразу вылезу. Мне хочется побыть одной. Пожалуйста. У вас от меня никакого беспокойства не будет.
Я решил оставить ее и пойти домой. Посмотрим, что будет утром. Пусть даже ночью явится Мэй Касахара и вытащит лестницу, все равно, уж как-нибудь я Криту Кано из колодца вызволю. Вернувшись домой, я разделся и завалился на кровать. Взял лежавшую в головах книгу, открыл на заложенной странице. Казалось, возбуждение не даст заснуть, но, не успев прочесть и пары страниц, я почувствовал, что отключаюсь. Захлопнул книгу, потушил свет и через мгновение уже спал."
"Проснулся я в полдесятого утра. Беспокоясь, как там Крита, быстро оделся и, даже не умывшись, поспешил по дорожке к заброшенному дому. Тучи низко стелились по небу, пропитав влагой утренний воздух, и грозили в любую минуту пролиться дождем. Лестницы в колодце не оказалось. Видно, кто-то отвязал ее от дерева и унес. Крышка – обе ее половинки – была плотно закрыта, сверху лежал камень. Сняв одну половинку, я заглянул в колодец и окликнул Криту. Ответа не последовало. Позвал еще, всякий раз прислушиваясь. «Спит она, что ли?» – подумал я и бросил вниз горстку мелких камешков. В колодце, похоже, никого. Поутру Крита, должно быть, выбралась наружу, отцепила лестницу и куда-то ушла. Я опять задвинул крышку и пошел восвояси.
Выйдя со двора заброшенного дома, я постоял немного, опершись о забор и глядя на дом Мэй Касахары. Может, она, по своему обыкновению, заметит меня и выйдет. Но Мэй так и не появилась. Стояла полная тишина – ни людей, ни вообще каких-либо звуков – даже пения цикад.
