8
0
Еще чуть-чуть, и буду слюнями исходить, как те долбанутые папики, любящие покупать для развлечений невинных пташек и потом играть с ними, как заблагорассудится.
Отрезвление происходит моментально и очень жестко.
Я встаю, с досадой поправляю никуда не девшийся, естественно, стояк, потому что организму насрать на моральность и аморальность ситуации и на то, что мозг сбоит, организм хочет русалку. Во всех позах и, желательно, подольше и пожестче.
Потому я не рискую больше смотреть на спящую в моей постели девушку, натягиваю домашние штаны и топаю в кабинет.
Не удается поспать, значит, поработаю.
Благо, у меня прекрасная работа. Ее всегда столько, что хоть жопой жуй.
А утром решу с русалочкой вопрос окончательно. Пока, правда, не знаю, как, потому что башка забита не тем совершенно, и мне вообще не нравится происходящее и моя реакция на это, но буду решать.
В любом случае, до утра еще несколько часов.
Работа, работа…
Примерно в шесть утра, когда раздается звонок сотового, я уже очень сильно хочу кого-нибудь убить.
Жесткий недосып, помноженный на не менее жесткий недотрах, творит страшные вещи.
А еще я, наконец, добрался до отчетов финансового отдела.
И теперь мне хочется не просто убивать, а делать это изощренно, с выдумкой и подвывертом.
Надо бы список кандидатур смертничков набросать, благо выбор у меня огромный.
Холдинг большой, народу полно… Собственник я или где?
— Темирхан Анварович? — с сотового братишки со мной общается незнакомый мужик.
Интересно… Аж жуть.
— Слушаю, — спокойно отвечаю я.
— Ваш брат, Тимур Анварович, просил позвонить.
— Что с ним?
— Он у нас, в тридцать седьмом отделении… Привезли два часа назад. Драка.
Черт… Тимур! Говно мелкое!
— Пострадавшие живы?
— Да, но тут сложности…
— Понял, сейчас приеду.
— Да, спросите капитана Вустрикова, это я… Ваш брат сказал, что вы будете благодарны за своевременное оповещение…
— Не беспокойтесь. Я буду крайне признателен.
Отключаюсь.
Аккуратно кладу телефон на стол, хотя ужасно хочется разъебашить его о стену. Но времена детских реакций позади… Хотя по вечеру и лежащей в моей постели девчонке этого нихрена не скажешь… Но про нее — потом.
А сейчас я, кажется, определился с первым кандидатом-смертничком на сегодня.
Последствия необдуманных решений
Просыпаюсь я так резко, словно кто-то толкает изнутри. Сажусь на кровати и испуганно таращусь по сторонам.
Спросонья не понимаю, где я и что вообще происходит.
Тут же организм дает о себе знать тянущей болью внизу живота, и я, охнув от неожиданности, сгибаюсь пополам и опять валюсь на кровать.
Ощущение такое, словно неожиданно начались месячные, да еще и жутко так, с болью и головокружением. Были у меня парочка веселых годков в самом начале этого дела, лет в двенадцать-тринадцать.
