Без него мне опять придется преодолевать вертушку излюбленным методом всех нерадивых студиозов. В смысле перепрыгивать, попутно отбиваясь от вахтеров."
"— Так, часы, трусы, майка… В смысле, студенческий, телефон, карта, папка… Так, а где мой ежедневник? Где моя черная записная книжка с подпольной бухгалтерий, списком штрафников и расстрельным списком одновременно? — стянув рюкзак с плеча, открыла его, убедилась, что все на месте и нацепила обратно. И переведя дух, пояснила собственный отказ. — Вещи на месте, атрибуты расправы на месте, глава студенческого совета готов миловать, казнить и третировать.
И разведя руками, я протиснулась мимо парня в коридор. Заглянула в гостиную, где обосновалась вся стая, оценила масштабы уборки и чистки, после чего выдала:
— Значит так, банда. Я на учебу, вы дома. Узнаю, что натворили дел, получите по наглой хвостатой морде все, без исключения. Север за старшего!
И погрозив радостно вилявшим хвостами хаски кулаком, поспешила на выход.
В конце концов, они явно не могут быть тупее парочки дятлов со второго курса вверенного мне факультета. Их топографический кретинизм, с легкой степенью инфантильности, явно станет местной легендой. Зуб даю! Чужой.
Морозный воздух постепенно отогревался под лучами осеннего солнца.
Не, в чем-то я нашего спортсмена понимаю. Он-то рассчитывал сыграть брутального Волка, ну на худой конец благородного Охотника. Но довел меня до белого каления в одну из репетиций, после чего я рявкнула, что шиш ему с маслом, а не чисто мужская роль.
Еще и корзинку с цветочками пририсовала. Не убили меня за такое кощунство исключительно из-за присутствия рядом Сени. Улыбающегося счастливой улыбкой маньяка Сени. А это, я вам скажу, то еще зрелище. Не для слабонервных точно!
Тихо фыркнула, перепрыгивая небольшую лужицу.









