1
0
— Тише-тише, — успокаивала я ее, как могла, параллельно надевая стерильные перчатки на ее руки и завязывая одноразовый халат. — Всё будет хорошо. Всё уже хорошо.
В стороне Михаил Захарович тоже помогал Лёше надеть халат, в котором тот, практически обездвиженный от волнения, запутался.
Когда Лёша и Лена были одеты, и медсестра одобрительно кивнула, запустив их в палату к малышке, я замерла за дверью, чтобы не мешать семье воссоединиться. Позволила себе лишь наблюдать за ними через окно в двери.
Медсестра аккуратно взяла малышку на руки и передала в руки Лене, которая, казалось, каждую секунду уточняла — «правда можно?».
Едва Лене вложили в руки малышку, как она расплакалась, уткнувшись лбом в плечо мужа, который тоже не смог сдержать эмоций, бережно касаясь ручки своей дочки.
— Маруся, уплывешь, — в голосе Михаила Захаровича слышалась добрая улыбка, а я только сейчас заметила, что по моим щекам текут реки слёз. Так много от счастья я не плакала еще никогда. — Иди сюда.
Костров положил ладонь на плечо, бережно снял с моего лица очки и прижал к своей груди, обхватив руками.
И снова я плакала на его груди и цеплялась руками за свитер, как в тот день, когда мы привезли в эту больницу малышку. Только тогда я плакала от горя, несправедливости и жестокости, с которой к девочке отнесся этот мир. А сейчас я плакала от понимания того, что у малышки теперь точно всё будет хорошо.
Глава 30. Михаил
— Нет, Тём. Никаких девочек.
— Да, пап!
— Ты сам выбрал празднование Нового года у бабушки с дедушкой, так что, будь добр, отсиди всё мероприятие от звонка до звонка.
— Но…
— А завтра утром можешь валить хоть на все четыре стороны к своей Зарине. Домой в одиннадцать.
— Утра? — вопль разочарования в трубке.
— Если посрамишь честь Костровых в глазах девушки, то утра. А так, жду тебя вечером.
— Ладно, — согласился малой нехотя. — С Новым годом.
— Угу. Бабку с дедом там не терроризируй.
— Понял. Пока.
— Давай.
Оставил телефон рядом с собой и откинулся на спинку дивана, надеясь, наконец, расслабиться и постараться уснуть пораньше.
Закинув руки за голову, тихо хохотнул, поняв, что малой рассчитывал на то, что убежать от бабушки с дедушкой на свиданку ему будет проще, чем от меня. Колобок, блин.
Веки отяжелели и меня снова начало клонить в сон. Три дня выходных впереди звучали как фантастика, и в этой фантастике я собирался исключительно спать и жрать, когда не сплю.
Телефон у бедра подсказал мне, что моим планам суждено пойти по одному месту. Обычно, когда звонят мне, то ни к чему хорошему это не приводит. Обычно, это очередной пиздец под соусом еще большего пиздеца.
Маруся.
Ну, вот. Я же говорил.
Наверняка она наткнулась на какой-нибудь наркопритон, и меня снова ждёт работа.
