1
0
Михаил Захарович молча завел машину, пристегнулся сам и, посигналив коллегам, тронулся с места.
— Спасибо вам, Михаил Захарович, что взяли меня с собой, — решила я выразить мужчине благодарность, так как в тишине с ним сидеть стало невыносимо тяжело. — Сегодня был отличный день. Я никогда не чувствовала себя так… много! — руками показала большую сферу, в которой могли бы поместиться все мои эмоции от неловкости и страха до эйфории и уюта.
— На здоровье, — с лёгкой улыбкой ответил мужчина, следя за дорогой.
— Ой, и скажите, сколько я вам должна? Вы же, наверное, и за меня тоже скинулись. И на бензин туда-обратно потратились. Скажите, сколько? Я вам переведу.
— Маруся, — позвал меня мужчина настойчиво, при этом, не глядя в мою сторону.
— Что, Михаил Захарович?
— Иди нафиг, Маруся, с такими вопросами.
— Но…
— Иди.
Обиженно надула губы, но не стала ничего отвечать. Не хочет говорить, сколько, тогда я сама ему переведу ту сумму, которую посчитаю нужной. Только попозже. Вечером. Чтобы он не нависал над моей душой своим грозным видом.
В кармане куртки телефон издал короткую вибрацию. Писала Юля:
«Девчонки, никто моих перчаток не видел? Дорогие, ска!»
«Они у меня. Ты на полке в прихожей их оставила» — напечатала я в ответ.
«Ништяк! Как раз мимо еду. Заскочу на пять сек?»
«Я сейчас не дома. Михаил Захарович взял меня на свой корпоратив, пострелять»
«*Ушла дрочить на классного мужика*» — прислала тут же Лена табличку с надписью.
Покрывшись румянцем, я закрыла чат, боясь, что «таинственные залупки» снова вызовут некоторые вопросы у Михаила Захаровича, который бегло глянул на меня и телефон в моих руках.
Вместо переписки, пожалуй, лучше займусь терпением — очень сильно хотелось в туалет. Количество выпитого за сегодня вишневого сока оказалось критичным. Я чувствовала себя банкой, налитой до краев, от которой потеряли крышку.
Поэтому скрестив ноги, и подперев рукой подбородок, стала смотреть на дорогу и мечтать о том, под каким из кустов под лучами закатного зимнего солнца мне было бы удобно пописать.
— Ты ссать хочешь?
В мои мысли и мечты бестактно ворвался голос Михаила Захаровича.
— Что вы такое говорите?! — выпучилась я возмущенно и тут же стушевалась под его проницательным прямым взглядом. — Просто писать немного.
— Остановиться?
— Я дотерплю. Не очень сильно хочу пока.
— Ты мне сиденье скоро задницей протрёшь, пока елозишь. Выходи.
Михаил Захарович остановил машину у обочины, на которой был только лысый куст, за которым не спрячется даже кошка.
— Я не смогу здесь.
— Я не смотрю. Иди.
— Я не пойду, — протестовала я. Посмотрела прямо перед собой и указала на небольшой, но достаточно густой лесок метрах в ста от нас. — Давайте, хотя бы, туда подъедем.
