Как стать папой за пять минут

– Не знаю… – неопределенно веду плечом. – Дедуля всегда верил. Да и в нашем поселке так принято: воскресные службы, праздники… Ну, ты ведь и сам помнишь. А я… наверное, уже разуверилась.

Слеза предательски скатывается по щеке, но Петя смахивает ее костяшками пальцев. Подушечками невесомо проходится по скуле, касается виска, заправляет локон волос за ушко.

– Как же этот придурок предложение тебе сделал?"

"– Подарил кольцо, которое не подошло мне по размеру, и перед фактом поставил. Сказал, что ребенку требуется семья, а я… согласилась. Все-таки лучше быть замужем, чем потом опозориться на весь поселок. Хотелось верить, что Макс действительно одумался и мы ему нужны, – горько усмехаюсь, ощущая себя полной дурой. – Потом я поняла, что его просто родители вынудили. Для Адовых на первом месте имидж фамилии, а незаконнорожденный внук стал бы пятном на их безупречной репутации. Так что мне невероятно повезло, что они меня приняли. И я должна быть благодарна им до конца своих дней, – цитирую своих неудавшихся родственников.

– Чего-о? – скептически тянет Славин. – Ты что говоришь такое, Пампушка?

– Не я… Они постоянно это повторяли. Воспитывали меня, поучали, одергивали, если я говорила или делала что-то не так. Даже подумать страшно, как они отреагировали на мой побег со свадьбы.

Петр меняется в лице, будто усилием воли перещелкивает программу внутри себя. Становится добродушнее, мягче, теплее.

– Уверен, это было комично… – почесывает подбородок, хитро глядя на меня. – Ты только вообрази их перекошенные лошадиные морды, – кривляется, чтобы меня отвлечь и успокоить.

– А как они ругались, наверное, у-у-у… – поддерживаю его тон.

– Орали, как гиены после неудачной охоты. Добыча убежала, пришлось жрать друг друга, – нашептывает, приблизившись ко мне.

Прикрыв рот ладошкой, прыскаю в нее и хихикаю как можно тише, чтобы не потревожить Лизу. Из глаз брызгают слезы, но на этот раз вызваны они смехом.

– Это точно, – сипло произношу. – И очень смешно.

Переглянувшись, мы начинаем давиться безудержным хохотом вместе. Сложно сдерживаться, когда эмоции бьют ключом.

Малышка ворочается, мурлычет во сне – и мы оба осекаемся, как по команде. Прикладываю палец к губам. Затаившись, не свожу глаз с дочки. Убедившись, что она спит, подаюсь вплотную к Петру.

– Они же не заберут у меня Лизоньку? – хватаю его за руку, импульсивно царапаю запястье, впиваюсь ногтями там, где бьется пульс. – Пообещай мне, Славин!

– Да клянусь! – сурово сводит брови. – Не отдам ни тебя, ни ее. Поняла?

– Угу… – мычу, немного расслабляясь. Верю. – После моего финта с побегом они тест ДНК требуют. Если бы малышка не от Макса оказалась, они бы оставили нас в покое. Но анализ ведь родство покажет, как ни крути, – цокаю с огорчением.