На пеленке, что лежала подо мной, следы крови. Шмыгаю носом, ловлю языком бесконтрольно стекающие слезы, но молчу.
Главное, что скоро я увижу дочку! Ради этого можно потерпеть.
– Вот и умница, – поглаживает меня по плечу Ланская.
– Что это? Одежда не моя, – разворачиваю сиреневое платье, на вид удобное, симпатичное и натуральное. Однако чужое.
– Папа ваш передал, он целую поисковую группу организовал, чтобы первого января достать все необходимое, – ухмыляется женщина. Мне почудилось или наша ""супружеская пара"" ее действительно забавляет? Не вижу ничего веселого! Ужасная ситуация, только я могла в такую угодить. Невезучая!
Закидываю платье на сгиб локтя, тянусь за пакетом с логотипом аптеки, раскрываю аккуратно, будто внутри бомба.
– Одноразовые послеродовые трусы? – читаю на упаковке. – Тоже он покупал? – уточняю насторожено. Врач кивает, и мне хочется исчезнуть в этот момент. Просто испариться. – Дедулечки, какой позор! – обреченно вздыхаю, прикрывая лоб ладонью."
"– Не эротическое белье, конечно, но что поделать. Именно в таких ситуациях проверяется семья. И в печали, и в радости, – бережно подталкивает меня к маленькой душевой, притаившейся в углу. – Не упрямься. Можешь, конечно, прямо в испачканной медицинской сорочке и с голой попой к мужу явиться…
– Нет, я мигом! – испуганно вскрикиваю и скрываюсь за дверью под сдавленный смешок Ланской.
Тщательно смываю с себя следы тяжелых родов, чувствую себя новым человеком. Детское гипоаллергенное мыло, которое мне передали в свертке, приятно пахнет конфетками. Заплетаю волосы в тугую косу, чтобы не мешали. С трудом переодеваюсь, охая от дискомфорта и ломоты во всем теле.
Платье не совсем садится по фигуре, но смотрится прилично. На груди глубокий V-образный вырез и две плоские пуговички, что должно быть удобно при кормлении. Я себе похожее заказывала в интернет-магазине, однако все осталось в доме Макса. А я как беспризорница – в одежде с чужого плеча. И даже муж рядом не мой. Одолжила на время.
Отгоняю от себя сомнения и неприятные мысли, а сама концентрируюсь на дочери. Улыбаюсь в предвкушении скорой встречи с моим теплым комочком. На время даже боль отступает, а мое положение не кажется таким жутким и безысходным, как в момент пробуждения.
Прорвемся!
В палату меня ведет уже акушерка, та самая, которой я сболтнула об измене мужа. Неловко вышло… Я же не знала, что все здесь считают меня женой Славина! Ненароком его подставила, но как оправдать – понятия не имею.
– Мне сказали, она утром очнулась, а сейчас почти обед! Бардак! Где мои жена и ребенок? – доносится строгий мужской голос из-за двери, и я вся сжимаюсь от неожиданности. Он такой строгий и недовольный.
Одергиваю ладонь от ручки, оглядываюсь на акушерку. Она тоже не спешит открывать.









