5
0
Не хватало только конфликта между ними. По настрою Сашки чувствую – он будет.
– Потанцуй со мной, – протягивает он мне руку.
Всё... Хватит.
Мне интуитивно кажется, что это как раз переходная точка нашей ситуации.
Вложив ладонь ему в руку, киваю.
Сейчас это закончится. Но мне хочется сделать это максимально мягко, красиво и подарить ему на прощание что-нибудь особенное.
Дёрнув за руку, тяну его на улицу. И мы выходим с ним раздетые в темноту, под тёплый снегопад. Втягиваю его в светлое пятно фонарного света.
Окна в солярии открыты, и музыка льётся оттуда вместе с бликами светомузыки.
Ощущение сюрреалистичное!
Словно свет отрезал нас от всего остального мира. Качнувшись ему в объятья, я прижимаюсь губами к его скуле и, вильнув бёдрами, увлекаю его в танец под кричащую из отрытых окон музыку. Кладу ладонь на щеку, приподнимая его лицо и вынуждая смотреть вверх. Снежинки, как белые ангельские перья, кружатся над нашими лицами, а свет немного слепит глаза.
– Красиво? – шепчу ему.
Не отвечая, он сжимает меня крепче. Я даю ему ещё несколько мгновений насладиться моментом и шепчу: – Это мой подарок тебе на прощание.
– Прощание?! – тормозит он, сжимая меня до боли.
– Да, Саш… – киваю я. – Это всё, что я могу дать тебе, и это уже закончилось. Отпусти меня, пожалуйста. Освободи от своих чувств, эмоций.
– Нет, – напрягается он, упрямо глядя мне в глаза.
– Оцени красоту момента! Опусти! И этот момент навсегда останется у нас с тобой.
– Нет.
– У меня ничего больше нет для тебя, – пытаюсь убедить его. – Ты делаешь мне больно своей привязанностью.
– Ну и пусть! – разъяряется он. – Пусть тебе тоже будет больно! Пусть нам обоим будет!
– Пусть будет… – обречённо киваю. – Всё, как попросишь.
Музыка замирает, волшебство рассеивается. Только сейчас я замечаю, что почти все танцующие пары вышли вслед за нами и присоединились, танцуя за границами нашего светлого маленького мирка.
Слепящий свет от фонаря не позволяет разглядеть лица.
Пара секунд неподвижности и тишины…
К нам в круг заходит Немец.
А вот и наше «больно»... – доходит до меня мгновенно. Должок…
– Должок… – зло и ревниво усмехается он, разглядывая, как Сашкины руки сжимают мою талию.
Нет, Немец, ты неправильно понял увиденное, но это тебя не оправдывает.
– И тебе привет, раб мой! – невесело усмехаюсь ему в ответ.
""Хотите жести, мальчики? Боли, мести? Всегда, блять, пожалуйста!"" – разрывается внутри меня что-то тёмное и мощное, похожее на ожог.
Оторвав от себя Сашкины руки, я подхожу к Немцу и без предисловий сминаю его губы своими, агрессивно врываясь языком ему в рот под ошеломлённый вздох толпы.
Несколько секунд тишины, и дальше я чувствую себя словно на сломанной карусели. Всё ускоряется. Я отлетаю в чьи-то руки. Девчонки кричат.
